Есть страны огромные, есть поменьше, а есть совсем маленькие – к таковым относится наша Приднестровская Молдавская Республика. Тем не менее её географическое положение – узкая, но длинная полоска земли вдоль Днестра – обуславливает наличие относительно протяжённых границ. Объективно говоря, все приднестровцы обитают в более-менее приграничных районах, других у нас просто не имеется, и это накладывает отпечаток на весь уклад жизни. Тем не менее бесспорный факт: на рубежах ПМР, при всей внешнеполитической напряжённости, которая, увы, пока только нарастает, уже много лет не случается по-настоящему тяжёлых драматических инцидентов, не проливается ничья кровь. За это стоит не в последнюю очередь поблагодарить наших пограничников. 14 сентября Пограничная служба ПМР отмечает профессиональный праздник. В этом году ей исполнилось 34 года.
Чуть меньше лет было герою нашей публикации Владимиру Браткову, когда над доселе мирным и благополучным нашим краем как-то неожиданно сгустились тучи: кто-то за Днестром решил начать делить народ по национальному, языковому признаку. Если в правобережной Молдове это ещё могло пройти, то исторически сложившийся менталитет приднестровцев неизбежно и решительно воспротивился. «Я тогда работал на тираспольском предприятии «Автополив», в большом и дружном коллективе, был мирным человеком среди таких же мирных людей. Весь мой военный «стаж» ограничивался обычной службой в армии по призыву (в начале восьмидесятых я служил в полку связи, который дислоцировался на территории ГДР). Боевого опыта, понятно, не имел, да и к военному делу особой охоты не чувствовал. Но когда возникла необходимость защищать от оголтелых национал-шовинистов родную землю, я, как и многие другие, сделал выбор – записался в ополчение», – говорит Владимир Михайлович.
Как известно, с первых дней противостояния, которое постепенно разгоралось, как пламя костра, самым горячим участком молдо-приднестровской границы являлся Дубоссарский район. Именно туда в 1991 году направили Владимира Браткова, ещё фактически безоружного, в ряды тех, кто живой стеной противостоял вылазкам боевиковопоновцев с правого берега. Позже Браткова переведут в Григориопольский район, где в то время тоже было неспокойно: с правого берега через Днестр часто велись обстрелы, предпринимались попытки переправить диверсионные группы. «От большого кровопролития в этом районе спасало отсутствие, как сейчас говорят, удобной логистики между берегами Днестра, а именно мостов», – отмечает пограничник. «Мы чувствовали самую живую, действенную поддержку населения – жителей сёл Тея, Спея, Токмазея, в которых и рядом с которыми несли боевую службу. Люди проявляли самый настоящий, идущий от души и сердца патриотизм. Это понятно, ведь им было что защищать. Мы все тогда ясно понимали, что стоит на кону, за что и против кого мы вынуждены воевать, осваивая эту науку буквально на ходу», – добавляет он.
Однако самое суровое испытание ожидало впереди: до Бендерской трагедии, до кровавого лета 1992 года оставалось всего ничего. Там, в самом пекле городских уличных боёв, в ожесточённых дневных, и особенно ночных, перестрелках Владимир Михайлович приобретёт настоящий боевой опыт. Научится побеждать неизбежный для нормального человека страх, когда вокруг свистят пули, рвутся снаряды, когда осознаёшь, что тоже являешься мишенью для врага. «Было много горя, потеря товарищей – убитые, раненые. Но была также мощная поддержка, боевое братство, чувство локтя. И осознание, что мы сражаемся за правое дело, за свою прекрасную землю, защищаем свои семьи, светлое будущее своих детей, в которое так хотелось верить», – вспоминает Владимир Братков.
Когда на берегах Днестра с помощью российских миротворцев наконец-то прекратилось кровопролитие, наш герой пытался вернуться к мирной жизни, к работе на заводе. Однако уже наступили «лихие девяностые», распад единой державы повлёк разрыв большинства экономических связей, экономика разрушалась, многие предприятия оказывались не у дел, терпели колоссальные убытки, вынужденно сокращали свои коллективы, а то и вовсе переставали работать.
В декабре 1992 года по совету боевых товарищей В.М. Братков поступает в совсем ещё молодую, только формирующуюся пограничную службу республики. «Задача, стоявшая перед нами, состояла в быстром и надёжном обеспечении боевой поддержки наших пограничников, если вдруг возникнет чрезвычайная ситуация, попытка прорыва врага. Поэтому и вооружение у нас со временем становилось всё более мобильным, от тяжёлых пушек до более лёгких миномётов. К счастью, применять их не пришлось, инциденты на границе не пошли дальше единичных, небольших провокаций», – вспоминает Владимир Михайлович. В 1999 году переведённый в отдел боевой подготовки, он с головой ушёл в обучение молодёжи. К тому времени Владимир Братков сам окончил военную кафедру ПГУ им. Т.Г. Шевченко, а впоследствии Тираспольский юридический институт МВД ПМР им. М.И. Кутузова. С 2011 по 2018 годы, вплоть до ухода на заслуженный отдых, он работал в органах госбезопасности ПМР. Двое его сыновей тоже пошли по военной стезе.
Остаётся добавить, что этот человек, по необходимости ставший бойцом, научившийся метко стрелять и научивший этому многих молодых пограничников, имеет самое мирное хобби: он обожает работать на своём приусадебном участке, от которого до государственной границы, как говорится, рукой подать.
Игорь ЕРОФЕЕВ.
Фото Виктора Громова.
Газета №168 (8039) от 12 сентября 2026 г.