Так напевали моряки, покидавшие город, отправляясь в дальние плавания. Весьма символично звучат слова этой песни для большинства моих сверстников. «Жемчужина у моря» действительно скрылась в реально непроницаемом тумане и стала почти недоступной из-за нелепой, смутной политической ситуации в братской когда-то Украине.
Прочные родственные связи с Одессой у нашей семьи сложились давно. В Одессе жила моя старшая сестра Надежда со своей семьёй. Добрая, общительная женщина, с неукротимой энергией, своеобразным одесским юмором. Она была замужем за военным – фронтовиком-подполковником (семья была обеспеченной), и в послевоенные голодные годы Надежда помогала многодетной семье материально.
У сестры был сын, мой племянник, на два года младше меня (так бывает в многодетных семьях). С раннего детства мы сдружились с ним и были, как родные братья. Отчим племянника был строгим и держал его, что называется, в «ежовых рукавицах». Строгий режим дня, жёсткий контроль за учёбой – всё во имя подготовки к суворовскому училищу. Поэтому племянник искал любую возможность уехать в Тирасполь к бабушке с дедушкой, которые любили его и во всём потакали. Во время летних каникул они освобождали его от хозяйственных дел, предоставляя полную свободу. В конце каникул за племянником приезжала Надежда и не узнавала его, как он вырос и загорел. Стригла сына, отмывала, одевала в новый костюмчик, и он с умным видом покидал нас.
Когда мы подросли и научились хорошо плавать, сестра в конце лета забирала меня вместе с сыном, и мы целыми днями пропадали на море. Отчим сразу же приучал меня установленному порядку, но это мало чему помогало. С утра мы убегали на море (благо, их квартира находилась рядом с парком им. Шевченко, который выходил на Комсомольский пляж – сейчас Ланжерон). Мы заплывали до волнореза, где была чистая вода, и, вооружившись подводной маской, ловили крабов, креветок и рыбу иглу. Это была благодать! Мы чувствовали себя настоящими «ихтиандрами».
При плохой погоде у нас была «культурная программа», которую составлял отчим: музеи, кинотеатры, выставки, экскурсии по достопримечательностям Одессы (он умудрялся доставать нам билеты в оперный театр и театр оперетты).
Так прошло наше беззаботное детство. Мы повзрослели, изменились наши интересы и взгляды на жизнь. Между школой и призывом в армию я проработал грузчиком на консервном заводе им. 1 Мая. После армии успешно окончил Тираспольский пединститут и работал учителем в школах Тирасполя. Племянник по настоянию отчима стал офицером – окончил Одесское военно-техническое училище. Мы обзавелись семьями, у нас родилось по два сына с такой же разницей в возрасте, и своё детство они проводили аналогично нашему.
Теперь уже сыновья вполне взрослые люди, но не пишут, как мы, писем, общаются по скайпу. Тогда я так привык к Одессе, что, будучи классным руководителем, часто организовывал экскурсии своего класса в этот приморский город… С распадом СССР всё круто изменилось, границы, таможни, разные валюты затрудняли путешествия в Одессу. Но всё равно они были возможны до зимы 2014 года. Эхо «майданов» докатилось до Одессы, которая стала отрезанной от нас, даже опасной. Но мы, приднестровцы, – оптимисты: Бог даст, рассеется туман, и Одесса вновь предстанет перед нами солнечным городом у Чёрного моря.
ЮРИЙ ПОРОЖНЯКОВ.
От редакции. Публикуя материал нашего постоянного автора, мы как бы вместе с ним вернулись в его детство, которое для каждого из нас памятное и волнующее. Нам же вдвойне приятно сегодня сообщить нашему читателю: 12 августа Юрию Ефремовичу Порожнякову исполняется 75 лет! С высоты этих лет многое видится совсем по-другому. Добрая ностальгия наполняет душу светлой радостью, хочется жить и творить во имя настоящего, во имя «людей хороших», которых он открывает нам в обыденной жизни, проясняет порой интересные страницы нашей истории, вспоминает любопытные явления природы, которые он наблюдал как биолог и неравнодушный человек. С юбилеем Вас, Юрий Ефремович! Долголетия и творческих успехов Вам, коллега!