«Должно знать, что по сю сторону реки Днестра, в краю, обращенном к Булгарии, у переправ через эту реку, имеются пустые крепости: первая крепость названа пачинакитами Аспрон, так как ее камни кажутся совсем белыми; вторая крепость Тунгаты, третья крепость Кракнакаты, четвертая крепость Салмакаты, пятая крепость Сакакаты, шестая крепость Гиэукаты. Посреди самих строений древних крепостей обнаруживаются некоторые признаки церквей и кресты, высеченные в песчанике, поэтому кое-кто сохраняет предание, что ромеи некогда имели там поселение».
Эта запись была сделана византийским императором Константином Багрянородным около 950 года в сочинении «Об управлении империей». Для историков это настоящий клад: он детально, насколько это возможно, описал практически все известные византийцам земли. Конечно, обывателю многое тут непонятно. Но если объяснить, что «пачинакиты» – это печенеги, а «белая крепость» Аспрон идентифицируется у историков с Белгородом-Днестровским, то Тунгаты некоторым исследователям очень напоминает древнее название Тигины… Но обо всем по порядку.
У Константина были большие шансы вообще не взойти на престол. Его отец Лев Мудрый после трех браков не имел наследников (единственный сын скончался в младенчестве), а потому решил попытать счастья еще раз. Однако четвертый брак не дозволялся церковью, ребенка посчитали незаконнорожденным, хотя Константин и был единственным сыном императора. Даже его прозвище происходило от Багряного зала императорского дворца, где рожали императрицы, чтобы подчеркнуть, что он «свой». Лишь в январе 906-го, спустя полгода после рождения, Константин был крещен, а затем, против воли патриарха Николая Мистика, Лев и его очередная жена Зоя Карбонопсина обвенчались.
Отец рано умер, и Константин получил титул уже в 8 лет. Правда, он находился под опекой регента – того же патриарха Николая Мистика, который еще и задумал постричь мать наследника в монахини. Зоя была женщиной своенравной, обманула патриарха, сделав обряд недействительным, так как перед постригом съела мясо. А потом еще и успешный заговор против него устроила…
Но желающих узурпировать власть в империи было пруд пруди. Таким авантюристом стал один из приближенных Роман I Лакапин, который женил 14-летнего Багрянородного на своей дочери Елене. Константина отстранили от реальной власти, он посвятил себя самообразованию и наукам. В 944-м Романа I свергли его сыновья, надеясь править самостоятельно, однако это вызвало народные волнения, которые утихли, лишь когда императором провозгласили Константина. Через 40 дней их сослали в монастырь.
Умер Константин в 959 году. Есть сведения, что он был отравлен своим сыном Романом II Младшим. По иронии судьбы просвещенный монарх сильно пекся о передаче титула и вообще писал свои сочинения о народностях и соседях Византии специально для своего сына, чтобы тот все знал… Тогда они вообще не предназначались для чужих глаз, а сейчас являются ценнейшим источником по истории раннего Средневековья.
Нас, как вы поняли, интересуют загадочные «пустые крепости», среди которых есть и Тунгаты. Некоторые историки усматривают параллель с крепостями в Аккермане, Хотине, Сороках (которые позже стали «каменным поясом» Штефана чел Маре). Здесь же есть место и современной Бендерской крепости (или тем постройкам, что были на ее месте). В комментариях к переводу сочинения говорится: «Названия печенежских крепостей имеют тюркскую основу и поддаются переводу. Вторая составная часть большинства названий, звучащих в передаче Константина, как «гатый» или «катый», означает «укрепление». Названия крепостей переводятся следующим образом. Тунгаты – Тун-катай – «мирная крепость»; Кракнакаты – Крак-катай – «сторожевая крепость»; Сакакаты – Сака-катай – «крепость на сваях»; Салмакаты – Салма-катай – «патрульная крепость».
Сделаем одно важное замечание: официальное первое упоминание о крепости или населенном пункте вовсе не означает, что раньше там не могло быть крепости или поселения. В тот период местность населяло восточнославянское племя тиверцев, употреблявшее слова «тянуть», «тягнуть», «толкать», «тункать» для обозначения переправы, откуда, по одной из версий, могло пойти название города. Отсюда и схожесть с названием Тунгаты, где использовали старославянскую носовую гласную вместо «и» как в слове Тигина.
Однако Константин упоминает иное: о признаках церквей и крестов и о том, что ромеи могли населять эти места. В труде императора вообще проводится мысль, что «все иноплеменники обязаны безропотно покоряться богоизбранному народу ромеев». Кто такие ромеи? Если утрировать, то «наследники Римской империи», к которым византийцы себя и причисляли. Экспансия в чистом виде. Чисто теоретически ромеи могли жить в наших местах задолго до описываемых событий (почему нет? Даже Овидий в ссылке хорошо так познакомился с западным Причерноморьем), а позднее ассимилироваться с другими племенами, например, теми же тиверцами. «Пустые крепости» легко объясняются набегами тех же печенегов: население либо ушло, либо было разгромлено. Переправа могла стать частью важных торговых путей, которые периодически грабили. Жить в таком месте не было никакой радости. Раскопки на территории Бендерской крепости проходят достаточно тяжело и пока света на более древние источники не проливают. В любом случае, мы не знаем практически ничего о том, что было до X века на территории современных Бендер, но запись византийского императора указывает: что-то все же было.
Пару слов о происхождении названий. Проведу аналогию. Дубоссары сейчас местные жители коротко и с любовью называют «Дубы» или «Дубаи». То есть название города рождает у них ассоциацию, которую они переносят на уровень языка, текста. То же самое могло происходить с древними жителями. Слово «тянуть» у тиверцев вызвало ассоциацию с услышанными ранее Тунгатами или Тигиной, которое могло вовсе и не обозначать «переправу», а иметь какое-то особое значение для поселившихся здесь еще раньше. Возможно, эти поселения действительно были христианскими.
На польских, литовских и других европейских картах название поселения в разные годы передается, как Tehinia, Tehyna, Teghinea, Tehin, Thehinia, Tekin. Корень у этого топонима один и тот же, однако произношение разное. И, возможно, вкладываемый смысл – тоже. Представления Константина о наших местах были, естественно, весьма условными, основывались в большей степени на рассказах путешественников. Знать прошлого «мирной крепости» они просто не могли. Прошло больше тысячи лет, и мы тоже, к сожалению, тайны этого места не постигли.
Андрей ПАВЛЕНКО.