– Надо, чтобы в доме и собаки были, и кошки, и приятелей целый мешок. И всякие там жмурки-пряталки. Вот тогда дети и не станут пропадать.
Из мультфильма «Трое из Простоквашино».
А у вас в детстве был домашний питомец?
Когда-то, кажется, в прошлой жизни уже, я была маленькой девочкой. И всем сердцем любила кошек и собак. Впрочем, с тех пор почти ничего не изменилось, разве что я стала вполне себе взрослой тетенькой. Но вернемся в те далекие восьмидесятые…
Жила я в детстве с мамой, папой и братом. В квартире на восьмом этаже. И мы с братом, как все обычные дети, мечтали о своем мохнатом комочке, который будет пить из блюдечка молоко и спать рядышком, тихонько сопя свои кошачьи или собачьи песенки. Поначалу родители не разрешали нам заводить животных. Ну как не разрешали? Мы спрашивали: «Мам, а можно мы возьмем котенка?». Мама говорила: «Нет, папа против». Тогда мы подходили к папе и спрашивали его. Он отсылал нас к маме. Получался замкнутый круг, который мы однажды все-таки разорвали.
Во время летней прогулки мы с братом нашли подходящего котенка. Ну как подходящего, первого попавшегося. Он и стал подходящим. Нам подошел бы любой! Так уж устроены дети. Хорошо устроены. Так вот, этого подходящего котенка мы спрятали в кустах в нашем дворе в картонной коробке, принесенной из дома. Пока родителей не было, устроили в четыре руки дома генеральную уборку и, представ перед мамой на фоне блестящей квартиры, стали многозначительно заговорщически молчать. Мама все поняла, спросила, что именно от нее требуется. Тогда брат метнулся на улицу и уже через секунду (так мне тогда показалось) стоял перед мамой с худым и абсолютно черным котенком в руках.
Мы назвали ее Чернушкой, но она отзывалась только на папино – Брыська. Была милейшей кошкой, урчащей, мурчащей, сопящей, одним словом, самой лучшей кошкой на свете. И если на душе было не очень, если случалась там какая-то «двойка» в школе или ссора во дворе, можно было прийти домой, положить себе на колени это шерстяное счастье, и мир сразу становился чуточку лучше. Намного лучше, в сто раз лучше. Он становился вполне приемлемым, сносным, другими словами – жить можно…
Потом я выросла. Не сразу, конечно, но постепенно выросла и даже стала сегодняшней тетенькой. Отлично помню и Чернушку, и немецкую овчарку Агата, которого брат принес в огромной спортивной сумке. Помню, что они сделали мое детство таким ярким, теплым, ласковым. Еще помню первое свое настоящее горе, когда не стало Агата. И первое осознание, что я повзрослела. Что в жизни случаются потери, утраты – невосполнимые, которые нужно принять, пережить, прожить. Но которые понять не сможешь никогда. Даже потом, совсем потом, став вполне себе взрослой тетенькой…
«Вот так и проживешь всю жизнь без собаки!» – дети часто цитируют Малыша из книги Астрид Линдгрен о Карлсоне. И смотрят с укоризной на своих непреклонных родителей. У моего сына в шесть лет появился кот Тимофей. В 13 лет у него появился мопс Пудж. Теперь у нас дома живут и кот, и пес одновременно. И мой сын делит с ними все свои радости и все свои мелкие неприятности. Мне думается, так воспитываются добрые люди. Правильные люди. Способные к сочувствию, заботе, эмпатии. Если сын встречает на улице бездомного котейку, то старается накормить, купив сосиску на свои последние карманные деньги. Если видит потерявшегося пса, то пытается найти хозяина, выкладывая фото и видео собаки в поисковые группы. Иногда он подходит к нам с супругом и спрашивает, нельзя ли взять к себе вот эту бездомную лайку или вот этого потерявшегося лабрадора? Ну или не позволим ли мы хотя бы переночевать им всем у нас. И часто потом говорит, смеясь: «Мам, если бы не наш папа, у нас с тобой уже бы все кошки и собаки Тирасполя жили!».
Татьяна Астахова-Синхани.
Фото из открытых источников.