В нашей рубрике уже становились героями трое представителей семейства куньих: выдра, барсук и горностай. Продолжим рассказ о редких в наших местах их родственниках. Зверёк, о котором пойдёт речь, стал повсеместно редким, несмотря на то, что ареал его обитания достаточно обширен – от Пиренеев до Зауралья. По мнению зоологов, это наиболее уязвимый в настоящее время вид животных в Европе. А ведь эта часть света фигурирует в самом названии – норка европейская.
Может показаться, что зовутся хищники так, потому что роют норы. Отнюдь. Как раз в земле копаться они не большие любители. Нор в отличие от большинства куньих не роют. Могут выгнать водяную крысу, которая, кстати, частенько попадает и на обеденный стол норки. Это, пожалуй, единственный случай, когда эти зверьки занимаются земляными работами. Жилище прежнего хозяина расширяют и приспосабливают под себя. Для жилья используют по большей части коряги, ниши под поваленными деревьями и тому подобные укрытия. Могут устроиться и в дуплах. Несмотря на то, что природные строительные навыки у норок далеки от совершенства, они тоже создают для себя и своего потомства необходимые условия. Это касается и запасных выходов на случай разного рода опасностей, а заодно обеспечивают себе надлежащий комфорт.
«Из гнездовой камеры обычно ведут два-три выхода-входа. Близ одного из них уже за порогом жилья расположена уборная. Привычка к чистоплотности у норки прирождённая. Пол жилища выстлан сухой травой, листьями, мхом, хвоей. Свою постель зверёк часто взбивает. Делает он это мастерски, лапами и зубами одновременно, потом ложится и сворачивается клубком», – в далёком 1978 году в своей книге «В природу с фотоаппаратом» писал замечательный советский зоолог и фотограф-анималист Сергей Владимирович Мараков. Заставить позировать вольно или невольно разношёрстных представителей фауны – большое искусство. Поэтому и сделали мы акцент на фразе «фотограф-анималист», то есть человек с фотоаппаратом, который специализируется на съёмках животных. Надо знать их повадки, а заодно не навредить. Это сейчас есть фотоловушки, а в те времена получить качественный снимок кого-то из животного мира было очень и очень проблематично. Приходилось устраивать засады, ведь многие животные не переносят на дух присутствия человека. Инстинкт самосохранения врождённый. Поэтому «двуногий», а тем более с чем-то зеркалющим (объективом), способен отбить охоту животных селиться в местах, где произошёл «фотовыстрел». Сергей Мараков не просто щёлкал затвором фотоаппарата, но заодно и занимался серьёзной научной работой. Сегодня его имя носит Комондорский природный заповедник. Это, заметим, гряда островов, являющаяся крайневосточной точкой России. Фотограф-анималист, а по совместительству научный работник, был инициатором его создания ещё в 80-е годы прошлого века.
Норки покорились водной стихии. Великолепные пловцы и ныряльщики. Именно с последним и связывают название этой зверушки, закрепившееся издревле в тех или иных вариациях во всех славянских языках. Так что и в заголовке этой публикации мы поставили знак вопроса.
Плавческим талантом они сродни своим родственникам – выдрам. Так же природа снабдила норок естественными ластами – перепонками между пальцами. Исходя из водного образа жизни, соответствующий у этих куньих и рацион. Преимущественно это рыба, раки, моллюски, лягушки. Могут покуситься и на небольших водоплавающих птиц. Любят и мышевидных грызунов, и насекомых. Лесные ягоды тоже идут на стол. Когда уж совсем плохо обстоят дела с кормёжкой, промышляют пищевыми отходами на свалках. Но это редкость. Учитывая, что в зимний период добычи немного, норки делают запасы, аккуратно складируя в своих жилищах добытое в более благоприятное время пропитание.
Конечно, в первую очередь европейская норка пострадала из-за своего ценного меха. Но не стоит списывать со счёта и воздействие человека на естественные места обитания зверька. Очень серьёзный удар по популяции этого животного был нанесён завозом в Евразию его родной сестры – американской норки. Ей на новом месте весьма понравилось. Она крупнее, а посему начала вытеснять аборигенку, присвоив её кормовую базу.
Европейская норка в своё время была желанным «временным» поселенцем на зверофермах, но её мех ценился менее, чем гостьи. Извините за цинизм, но европейка полностью сдала свои «утилитарные» позиции в звероводстве американке. Казалось бы, настало время размножаться в ещё не тронутых человеком естественных условиях. Но в настоящее время у «кровавых модниц» пропал интерес к «искусственно выведенному меху». Подсуетились «пушные торгаши», живущие по принципу «Apres moil le deluge» («После меня – хоть потоп»). Европейская норка, которая находится на грани уничтожения, снова попала под браконьерское оружие. Несмотря на свой охранный статус…
Кирилл Нефёдов.
Фото из открытых источников.
Газета №25 (7896) от 14 февраля 2026 г.