Чудесное время, проведенное у бабушки, будь то каникулы или короткие выходные, вспоминается с каким-то сладким послевкусием. Причем как в прямом, так и в переносном смысле. Великолепны были бабулины пышные пирожки с вишней размером с взрослую ладонь, зарумянившиеся в русской печи, или плацинды с брынзой и шкварками из тончайшего теста. Да что тут говорить, у бабы Кати и борщ свой, особенный, больше такого нигде и не отведать. Время в деревне отличалось не только сытными яствами, но и массой времени. Тогда и день казался длиннее, и столько дел успевали сделать: на дерево влезть, шалаш смастерить, козу постричь, клубники поесть…
Кстати, о поесть. Вспомнила одну историю, и связана она с рыбалкой. Однажды брат собирался на речку порыбачить, конечно же, решила идти с ним. (Со старшим братом куда интереснее, чем с соседскими девчонками). Бабушка занята делами в поле, у нас – свои заботы. Накопали червей, взяли удочки, ведро для будущего улова, и через полчаса уже сидели на берегу нашей речушки. В ширину не больше метра, глубина и того меньше, но так и манила к себе юных рыбаков. Клев начался сразу – первого карасика вытащил Санька, второго – я. Третий тоже угодил на крючок брату. Мы воодушевились, вошли в азарт, но почему-то больше не клевало…
Безрезультатное сидение с удочкой в руках начало надоедать и даже немного злить. Вместе с тем возрастало желание чего-нибудь съесть. Часа три прошло, не меньше. А с собой еду, конечно же, не взяли. «Сейчас бы бабушкиных рогаликов, – мечтательно произнес брат. И добавил: – Выкрутимся. Давай рыбу приготовим». Развели, как умели, костерок, руками нарыли глину и в нее замуровали карасей: один – мне, два – брату. Отправили рыбу в костер.
Рядом было поле с кукурузой. Наломали спелых початков – тех, у которых верхушка – «волосы» (рыльца) – уже сухие. Кое-как соорудив из палок удобную жаровню, отправили на нее кочаны с золотыми зернами. Внизу –рыба в глиняных «горшочках», сверху на нехитрой конструкции – кукуруза.
Уже и забыли про удочки, все крутились у очага, подбрасывая в него сухие ветки. Так мы впервые готовили, самостоятельно, да еще и на костре. Видела бы бабушка, задала бы нам…
Кукурузу старались не сжечь, поворачивая початок. Но наша «золотистая» превратилась в черно-землистую. Но это было неважно. Вкуснее кукурузы с тонким, даже, сказала бы, пикантным, горьким вкусом больше нигде не ела. А рыба заслуживает отдельного внимания. Глиняную «посудину» разбили, и из нее потянуло вкусным ароматом. Казалось, все коты сбегутся. Караси, запеченные в собственном соку, без соли, без специй, получились невероятно нежные. Еще горячими быстро уплели.
…Возвращались домой довольные и сытые. На бабушкин вопрос: «Что ж вы ели, мои касатики?», отвечали: «Борщ твой, бабушка, борщ. Спасибо, очень вкусный».
Детство навсегда поселилось в дальнем уголке взрослого сердца. Нет-нет, и пробираешься к нему, закрываешь глаза и вспоминаешь, как же тогда было хорошо! Улыбнешься, на глаза накатит слеза, тоскливо вздохнешь. Еще немного побродишь по тропкам воспоминаний, снова переживая приключения детства, одного-единственного, невозвратимого.
Надежда Пирогова.