Узнаваемая ленинградская архитектура, пасмурный день, подсвеченный, быть может, лучами ускользающего солнца. Мужчина и женщина тянут по мокрому тротуару детские санки, на которых лежит завернутое в простыню тело умершего ребенка. Их обгоняет велосипедист. Люди на заднем плане спешат по своим делам. Снег почти весь растаял, и полозья, наверное, страшно скрипят по мостовой. Но родители не замечают этого – их сердца скованы горем.
Таков документальный снимок Бориса Кудоярова из цикла «Ленинград в блокаде», 1941 год. Предстояли еще два года тяжелейшей борьбы, потребовавшей напряжения всех сил, всенародного подвига; борьбы, за время которой горе перестало восприниматься обособленно, на индивидуальном, семейном уровне, став общенародным.
Сегодня исполняется восемьдесят лет со дня полного освобождения Ленинграда. Почти девятьсот дней длилась блокада. Всё это время фотокорреспондент «Комсомольской правды» Борис Кудояров работал в городе. Пропустил через себя горечь и боль, ни с чем не сравнимые лишения, вместе с ленинградцами дождался освобождения. Борис Павлович сделал около 3000 кадров, многие из которых вошли в золотой фонд фронтовой документалистики.
Кадры советских фотокоров полны правдивой, жизненной силы. Возможно, потому что сами корреспонденты глядели смерти в глаза. Каждый третий погиб при исполнении обязанностей. Имен многих мы так никогда и не узнаем, как не узнаем рядовых героев, совершавших свой повседневный, непостижимый подвиг.
К величайшему сожалению, опыт истории слишком часто забывают. Да и вообще, таковой крайне плохо усваивают последующие поколения. Человек, как правило, верит лишь тому, в чем убедился лично, остальное же склонен считать «домыслом», «идеологической натяжкой». Вот и позволяют себе циничные (а в сущности – глупые, недальновидные) отпрыски иронизировать, отпускать шуточки на священную тему. Дескать, не было никакой блокады, а значит, и жертвы, и подвига не было. Да простят им отцы и деды! Не потому ли история имеет свойство повторяться? Именно по вине забывших.
Блокада Ленинграда длилась с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944-го. Город непрестанно подвергался авиаударам и артобстрелам. Всего за период блокады гитлеровцы выпустили около 150 тысяч снарядов и сбросили свыше 107 тысяч зажигательных и фугасных бомб, разрушили 3 тысячи зданий и повредили больше 7 тысяч. Продуктов не хватало. Массовый голод усугубляли суровая зима, проблемы с отоплением. Всего, по разным оценкам, погибло до 1,5 миллиона ленинградцев. В день снятия блокады в городе осталось в 5 раз меньше людей – всего 560 тысяч.
Как бы ни были страшны цифры, горе неизмеримо в них. Для того чтобы прочувствовать, осмыслить, и нужны архивные документы, воспоминания очевидцев, непосредственных участников.
В Приднестровье осталось восемь блокадников. В прошлом году не стало жительницы Слободзеи Тамары Веденёвой. В сентябре, когда началась блокада, ей не исполнилось и семи. Выживала с мамой, братом и сестрой. Отец ушел на фронт еще в начале войны. Тамара Валентиновна, общаясь с журналистами, с мукой вспоминала, как приходилось есть крыс и мышей. «Дай Бог, чтобы никто и никогда такого не увидел!» – говорила она.
«Низкий поклон тем, кто выжил, кто выстоял в этом неравном бою со смертью! – отмечает Президент ПМР Вадим Красносельский. – Здоровья ветеранам, детям войны, всем, кто пережил нечеловеческую блокаду и донес до наших дней правду о страшных событиях».
20 октября 2022 года Санкт-Петербургский городской суд признал геноцидом блокаду Ленинграда войсками нацистской Германии и их пособниками.
Михаил Фернет.