Недавно во время одного из селекторных совещаний Президента с главами городских и районных администраций был поднят вопрос об участившихся случаях появления лис в населённых пунктах. Говорилось и о том, что они являются переносчиками бешенства. Хотя это и не новость. Но вопрос заключается в том: «Почему Патрикеевны стали, не опасаясь человека, вольготно расхаживать по сёлам и городам?». Предупреждаю сразу, эта публикация – субъективный взгляд её автора на проблему.
Синантропами (животными, селящимися с человеком по соседству) дикие братья наши меньшие становятся по нескольким причинам. Первая – жить больше негде. Помнится, лет эдак «надцать» назад при обсуждении самого первого проекта государственной целевой программы восстановления дубрав в одном из наших органов власти прозвучало мнение, что занимаемся всяческой ерундой. Дескать, кабаны и так житья не дают аграриям, совершая набеги на сельхозугодья, а вы им ещё «жильё хотите обеспечить». Так вот они в рейды по полям и собираются, потому что жить надо, а негде. И желудей нет… Не будем забывать, что Приднестровье – страна с критическим уровнем лесистости (отношение площади лесов к общей территории страны), за которым уже практически пустыня. Вы задумывались о том, что лет эдак тридцать назад в Тирасполе не было ни песчаных бурь, ни разгула ветра, сносящего рекламные баннеры, установленные в местах, где когда-то росли деревья. Потенциальным скептикам, кто бы хотел возразить, что так было всегда, посоветую посмотреть, во что, к примеру, превратился Кицканский лес. Я его помню совершенно другим. А он защищал город от блуждающих воздушных масс.
Вторая причина, по которой дикие животные не только появляются в городах, но и оседают здесь, кроется в нашем поведении. Они бы никогда не стали синантропами, если бы мы не создавали им великолепную кормовую базу на импровизированных свалках. Зачем что-то добывать в дикой природе, если вот оно – дармовое. Взять, к примеру, огромные грачиные колонии в городах. Давно это, правда, было. Но как-то, как любят выражаться журналисты, «письмо позвало в дорогу». Жильцы нескольких тираспольских дворов жаловались, что от «воронья» спасу нет. Какой-то дворовой активист из числа жалобщиков, размахивая руками, требовал от меня через СМИ, в котором я тогда работал, либо устроить отстрел «ворон», либо полностью снести деревья во дворе, где грачи устроили гнёзда. Конечно, я никуда не пошёл с этими предложениями, а показал негодующим жильцам пакеты с мусором, которые было лень донести до контейнеров. Скажите на милость, а зачем грачам прыгать по полям в поисках насекомых, если тут Homo Sapiens накрывает тебе роскошный стол? Кстати, во время моей тогдашней рулады с тыканием пальцем по сторонам некоторые борцы с «вороньём» покраснели. Ну а если уж в городах появились змеи, то это очень тревожный звоночек. А такое было. Змеи редко становятся синантропами, а тем более ещё и урбанизированными. Дело в том, что отдельные деятели решили устроить войну кошкам. Оставим в данном случае моральную сторону проблемы, когда на глазах у людей, включая и детей, отстреливали их уличных любимцев. Ситуацию усугубила рубка окрестных лесов. Пресмыкающимся жить стало негде. А во-вторых, есть извечный принцип: «Свято место пусто не бывает». Расплодились мыши и крысы. А это любимая еда змей… Я далёк от мысли петь дифирамбы одному из видных апологетов, теоретиков и практиков колониализма. Но должен признать, что это был человек очень мудрый. Речь о французском маршале Юбере Лиоте. Будучи уже далеко не молодым, он распорядился в североафриканских колониях высаживать деревья. Цинично-смелый подчинённый с генеральскими погонами прямо спросил: «Зачем? Учитывая наш возраст, ни Вы, ни я не насладимся их тенью». Последовал ответ: «Поэтому их и надо садить именно сейчас».
Кирилл Нефёдов.
Фото: http://www.static.mk.ru