После известных событий в соседнем государстве Сергей с женой конкретно разошелся на почве политики, и Надежда уехала к сыну в Прагу. «Это ж надо, – не переставал удивляться он, – 25 лет семейной жизни, и все коту под хвост». Как оказалось, можно четверть века провести с женщиной под одной крышей и все-таки не знать ее. Человек здорово обжегся.
Не то чтобы он совсем перестал верить в прекрасный пол, нет. Но, скажем так, хм, на время замкнулся в себе. По-военному собранный, трудолюбивый, в свои пятьдесят мужчина имел все шансы встретить достойную кандидатуру. Но и спустя месяцы после Надиного отъезда («Надежда покинула эти края») предпочитал общество кота и рыбалку.
На крупную рыбу не замахивался – Василий (кот) был тому только рад. Рыбачил один. По той простой причине, что спиртного на дух не переносил. Другой бы на его месте искал, кому душу излить, а этот, молчун, приспособился. Мог часами сидеть где-нибудь у парома с единственной удочкой и термоском.
Как-то раз, прошел ровно год, в подъезде к нему обратилась соседка. Сказала почти без предисловий:
– Простите, куда исчезла ваша жена?
Странно. В свою семейную драму он никого не посвящал. Быть может, супруга разболтала?
Сергей хмуро взглянул на женщину. Клавдия жила над ними. Была она, кажется, годков на пять младше. Во всяком случае, выглядела моложе своих лет. При очевидных достоинствах – не замужем.
Красивая, статная… Фигура соседки неизменно притягивала взгляд. Конечно, он в мыслях не держал оказывать ей знаки внимания. По факту, они почти никогда не разговаривали, только здоровались. Но и помимо собственной воли, почти бессознательно, Сергей восхищался ею, величал про себя «Каллиройей»…
Так звали героиню рассказа Ивана Ефремова, в которой молодой древнегреческий скульптор обрел пластический идеал. Несмотря на то, что рассказ был написан давно, где-то после войны, при жизни писателя его не публиковали (вероятно, сочли не вполне пристойным). Хотя, если судить по тому, что показывают сегодня, «Каллиройя» – эталон целомудрия.
Сергей снова взглянул на собеседницу, на сей раз более благосклонно. Что и говорить, соседка в его вкусе. Но… эта прямолинейность! Она прямо-таки пригвоздила бесцеремонным вопросом. «А ведь могла бы, ну я не знаю, начать издалека».
Сосед замялся. С женой они в общем-то не разводились. В глубине души мужчина верил, что вторая половинка рано или поздно вернется. «Все-таки 25 лет! Да и сын».
Сын был взрослым. Между ним и Сергеем не существовало подлинной связи. Супруга с малолетства настраивала парня, внушала исподволь, что глава семейства ничего из себя не представляет, вот пацан и держался особняком. Выучившись на программиста, тотчас перебрался в Европу. С момента размолвки однозначно перешел на сторону матери, точнее – перетянул ее на свою.
– Так куда исчезла ваша жена? – приятным, бархатистым голосом повторила Каллиройя. В уголках губ притаилась едва заметная улыбка.
Не женщина – само обаяние. Сергей не менее двух часов провел с удочкой на берегу, можно сказать, надышался кислородом. Но от нее, от этой воплощенной мечты, исходила такая свежесть… Волосы аккуратно убраны. Шея, плечи… все соразмерно. Плавность линии такова, что, кажется, сам облик действует умиротворяюще. И вместе с тем его не покидала тревога. «Куда исчезла ваша жена?» – что-то в словах, в самой постановке вопроса не вязалось с пасторалью.
Роскошную женщину легко было представить на морском берегу, с лучисто-голубыми глазами, золотисто-матовым цветом кожи, но… каков идеал в быту?
«Куда исчезла жена?»
– Да понятия не имею! – неожиданно для самого себя выпалил Сергей. Получилось невежливо, даже грубо. Клавдия еще хотела что-то сказать, но он упрямо, по-носорожьи наклонил голову и, не дожидаясь лифта, зашагал вверх по лестнице.
Соседка пожала плечами: «Странный какой-то». Двери лифта открылись, из них вышла молодая пара. «А все-таки неплохой мужик, – подумала с грустью. – Зазря пропадает. Нужно будет как-нибудь вечерком пирожочков занести…».
Петр Васин.
Фото: www.mykaleidoscope.ru