Чем больше отдаляются детские годы, тем с большим теплом они вспоминаются.
И что интересно: воочию наблюдая, как отдыхает сегодняшняя детвора, я понимаю, что моё детство было ничуть не хуже, а где-то даже и интереснее. Что такое море, мы знали только по картинкам в учебниках географии. Но зато какой у нас был ставок – куда там Канарам и Бали!
Ставки в то время были в каждом селе. Речку перегораживали, как только высаживали рассаду овощей в долине за селом. От речки до огорода выкапывали узкую, но довольно глубокую канаву – «фосу». На огороде работали специальные люди, которые прокапывали к каждому ростку канавку, и всё лето овощи были под поливом. Поэтому и урожай всегда был хорошим – хватало и для государства, и для колхозников.
Ставку больше всего радовались дети. Летом в нём купались все сельские ребятишки. И не просто купались, а плавали в тазиках и корытах. Правда, плавание было ненадёжным – оцинкованные ёмкости держались на воде плохо.
Сосед мой Мишка принёс из дому деревянное корыто, в котором бабка Анна хлеб пекла. Корыто добротное, с округлыми боками, крепкое, вместительное и легкое. Миша королём был: плавал вдоль, поперёк, по диагонали – и корыто не тонуло.
– Дай мне поплавать! И мне, и мне! – просили его друзья.
– А ты мне что за это? – Мишка щурил глаза и торговался. С кого конфету выторговал, с кого – груши, с кого – на велосипеде покататься, поскольку своего не было.
Катание на деревянном корыте прервала бабушка Анна:
– Миша! Где корыто?
Бабушка у Миши крепкая, голос зычный, ничего хорошего не предвещающий. Её негодование понять можно: затворила опару в миске, настало время хлеб месить, а корыта нет…
Миша выскочил из ставка с корытом, поднял его над головой – и бегом домой. Бегает Миша быстро, да корыто мешает. А бабушка хоть и старенькая, да налегке: успела-таки Мишку по попе и по спине хворостиной хлестнуть!
Пришлось ей по-быстрому корыто мыть да тесто замешивать. Поднялось тесто, бабка Анна хлебы в форму разложила – и в печь. Из остатков наделала пирожков с вишней. Знатное деревенское лакомство, которое любили и дети, и взрослые.
Вечером все сидели за столом, и бабушка Мише положила на тарелку уже остывший пирожок, который блестел от застывшего вишнёвого сиропа.
Мишка хитро посмотрел на бабушку:
– Налупила меня, а теперь самый большой пирожок дала! Такая ты, бабуля!
А в голове мысль: хлеб будут печь только через неделю, завтра корыто будет моим! А сам пирожок уплетает – лучше всяких конфет бабушкины пирожки с вишней!
Дина Листюгина.