Какие в обычных семьях существуют традиции? Пирожки по воскресеньям. Выезды на природу, обязательно с рыбалкой и последующей ухой.
Пасхальное утро с обычаем бить яйца, выясняя «кто в доме хозяин». У моей семьи своя, нестандартная практика, рассказ о которой можно начать, почти как герой фильма Эльдара Рязанова: «Понимаете, каждый год в конце октября мы с родителями ходим… Нет, не в баню,
а в огород – это у нас такая традиция».
Шутки шутками, но готовить почву к зиме – отдельный вид искусства. Начинают приготовления обычно с воскресенья, когда бабушка, побаловав домочадцев пирожками собственного производства и дополнив дело клубничным компотом, начинает разговор издалека, мол, вот соседей совсем в огородах не видно, село как-никак, а как собрали последний урожай, никто выходить и не торопится. Дедушка, уже задобренный любимыми пирожками с капустой, по-хозяйски осмотрев из окна кухни владения, согласился, добавив, что осень потому такая грустная, что соседей совсем не видно, в его-то годы через железную проволоку целыми группами перепрыгивали, переходя от огорода к огороду, так сказать, коллективным трудом…
К этому коллективному труду меня и приобщали с детства. То с сестрой лук садить в узкие ряды наперегонки, то всем женским «батальоном», как нас ласково называл папа, выходить на субботник красить ограду в палисаднике, то картошку выкапывать под дружные визги, когда очередная медведка игриво «подмигивает» из только что выкопанного картофельного клубня.
Вот и в этот раз от ностальгии дедушка плавно перешел в наступление, невзначай поинтересовавшись, когда у меня и сестры выходные. Выходные оказались нескоро – аж через пять рабочих дней, так что решение оперштаба в составе дедушки, бабушки, папы и воздержавшейся от комментариев мамы было принято практически единогласно: начинаем сегодня. Мы с сестрой в него не входим – вольные слушатели или, как частенько по поводу подобных решений вздыхает Аня (сестра) «приговоренные».
Приговор вступил в силу через час. Делать нечего – две уже успевшие «остоличиться» девчонки с маникюром и наращенными ресницами в бабушкиных калошах и папиных гимнастерках в предвкушении трудового воспитания – зрелище не один десяток соседей привлечет в огород.
Так мы и трудились. Анька, доставая на поверхность очередного обитателя чернозема, испускала пронзительный визг, я, брезгливо откинув паука или червяка, подкалывала сестру, мол, белоручка, хотя сама с трудом сдерживала свое «Бр-р». Работали мы шумно.Привыкшие к гулу машин и громкому смеху в разных углах парков и набережной, новоиспеченные горожанки вернулись в родные тихие и скромные угодья, чтобы заразить соседей любопытством: что это в семье Корниенко происходит?
А любопытство, кстати, вещь заразная. Спустя час четверть дневной нормы была вскопана, а смежные огороды оживились – соседи вышли посмотреть, кто это так шумит? Причем сельское воспитание не позволяет откровенно подойти к ограждению. Обязательно надо взять в руки топор, сесть на скамейку под облысевшим орехом и картинно точить инструмент добрых минут сорок. Кто-то оказался хитрее: тоже взялся за лопату, лениво вскопал ряд-другой, а потом с уставшим видом принялся наблюдать за соседскими, то бишь нашими, владениями.
Мы решили закончить и отчитаться перед бабушкой: два ногтя на руках сломаны, а на ладошках случилось прибавление в виде трех маленьких мозолей у каждой. Она, конечно, не забыла отметить, что теперь у себя в столице может и похвастать трудовыми мозолями, а пока что, давайте-ка, девоньки, кушать.
Стол накрывали мама с бабушкой. Пока мужчины обрезали деревья, а мы барахтались в черноземе, они успели сварить борщ и даже испечь домашние «хлебушечки» – маленькие батоны на пару укусов. Включили свет в кухне и даже не поленились передвинуть обеденный стол к окну.
– А чем вам привычное место не угодило? – спрашиваю.
– А оттуда не видно, как соседи огород копают, – ответил дедушка и придвинул стул поближе к окну.
Оксана КОРНИЕНКО.
Фото из открытых источников.