9 сентября
Русский «папа» Винни-Пуха
Кто знает, быть может, мы бы так и считали Карлсона шведом, а Винни-Пуха англичанином, если бы эти персонажи не заговорили голосами Василия Ливанова и Евгения Леонова. Но какова же в таком случае роль переводчика?
Ровно сто пять лет назад родился советский и российский писатель, поэт, переводчик, популяризатор мировой детской классики Борис Заходер.
Борис Владимирович появился на свет фактически в наших краях. Он родился в Кагуле, хотя, насколько мы понимаем, никаких «памятных досок» или, тем более, памятников там не установлено.
Его родители, Владимир Борисович и Полина Наумовна, часто переезжали. Из Кагула перебрались в Одессу, затем в Москву. Мама была переводчицей. Она-то и наняла сыну репетитора немецкого языка, приобщила к языкам, зарубежной литературе.
Сам Борис долго не мог выбрать профессию. Колебался между литературой и биологией. В 1938-м поступил в Литинститут имени Горького, а через год, когда началась советско-финская война, и вовсе записался в Красную Армию. С марта 1941-го продолжил учебу в Литинституте, но с началом Великой Отечественной – снова в войсках.
Еще в студенческие годы Заходер начал публиковать стихи. Подготовил ряд заметок, так что самой судьбой ему, казалось, был уготован идеологический фронт. Борис трудился в редакции газеты «Огонь по врагу», сотрудничал с целым рядом армейских изданий.
Военный период, так или иначе, отразился на его исключительно миролюбивом, детском творчестве. Демобилизовавшись, будущий отец русскоязычного Винни-Пуха окончил с отличием вуз. Стал печатать стихи для детей, о которых тепло отзывался Чуковский, написал сказку в стихах «Буква „Я“», в 50-е занимался переводами. Переводил Анну Зегерс, Карела Чапека… Но, конечно, настоящую известность принес «Винни-Пух» Алана Милна.
Вот как об этом рассказывал сам Борис Владимирович: «Ровно сорок лет тому назад – как сказано в одной старой книге, «на середине жизненной дороги» (мне тогда было как раз сорок лет), – я встретился с Винни-Пухом. Он тогда еще не назывался так. Его звали «Уинни-тзе-Пу». И он не знал ни слова по-русски, ведь он и его друзья всю жизнь прожили в Зачарованном Лесу в Англии… Я прочитал книгу Милна и сразу так полюбил Пуха и всех остальных, что мне ужасно захотелось познакомить с ним и вас, ребята».
В результате Винни-Пух стал совсем русским медвежонком. В оригинале, понятно, не было многого из того, что пришлось нам по вкусу. Заходер выучил своего друга сочинять шумелки, пыхтелки, кричалки и даже вопилки.
Справедливости ради отметим, что не только благодаря Милну и его гениальному переводчику Пух сделался таким популярным.
Большой вклад внесли создатели мультфильма: режиссер Федор Хитрук, композитор Моисей Вайнберг, художники-постановщики Владимир Зуйков, Эдуард Назаров, ну и, конечно, лично Евгений Леонов (его голос несколько убыстрен).
Перевод Заходера ценят как взрослые, так и дети. Православный миссионер Андрей Кураев назвал медвежонка «детским богословом», имея в виду, в том числе, и такие пассажи: «Винни-Пух сел на траву под деревом, обхватил голову лапами и стал думать. Сначала он подумал так: «Это – жжжжж – неспроста! Зря никто жужжать не станет. Само дерево жужжать не может. Значит, тут кто-то жужжит».
Бориса Владимировича не стало в двухтысячном. На его надгробии воспроизведена иллюстрация к «Винни-Пуху» работы Эрнеста Шепарда – одна из двух, которые желал видеть сам Алан Милн. Вероятно, всё же стоит порадоваться, что это не рисунки более знакомого нам Эдуарда Назарова, которые слишком сильно слились с миром детства, чтобы принадлежать… иному миру.
