Мы противимся приходу осени до последнего. Слишком долгой была зима, слишком сильными – наша жажда тепла, свободы от тяжелых одежд, наше неприятие круглосуточных серых красок. Ожидание лета было слишком долгим, а само лето – неоправданно скоротечным. Мы противимся осени до последнего. И нас можно понять. Но однажды мы сдаемся… Вот тогда и начинается все самое интересное.
Осень опять надевается с рукавов,
Электризует волосы – ворот узок.
…Мир кладёт тебе в книги душистых слов,
А в динамики – новых музык.
Город после лета стоит худым,
Зябким, как в семь утра после вечеринки.
Ничего не движется, даже дым;
Только птицы под небом плавают, как чаинки,
И прохожий смеется паром, уже седым.
Вера Полозкова.
Однажды мы начинаем замечать, как все вокруг меняется, и понимаем, что нам эти изменения по сердцу. Чем неуютнее становится вне комнат, кабинетов, стен, тем кажется уютнее внутри. И мы всеми силами стремимся удвоить эти ощущения – достаем из шкафа воздушные пледы, печем ароматные пироги, вспоминаем, как обожаем чай с лимоном, узнаем рецепты новых и новых согревающих блюд. Любую теплую и сухую погоду воспринимаем как повод устроить прогулку. И отправляемся куда глаза глядят – на улицы и улочки, в парки и скверы. К речке, за город, в лес. Печем картошку в фольге, жарим сосиски на шампурах и пьем обволакивающий тело и душу горячий какао из термоса.
Но самое главное – однажды мы начинаем замечать, как меняемся сами. Мы любим эту осень, потому что она дает нам возможность побыть немного философами, отъявленными романтиками и даже поэтами. Каждому из нас. Она располагает замедлить шаг, приостановиться, заметить замысловатую форму листьев под ногами, а затем поднять взгляд, посмотреть в небо и куда-то вдаль, увидеть разбрызганные по деревьям краски. Мы уже не погружены в себя без остатка. Начинаем замечать то, чего не видели почти целый год – с прошлой осени. Снова начинаем мыслить глубоко, отрываемся от быта и становимся немного космическими. Мы ощущаем свою связь со Вселенной, чувствуем новую силу. И новую слабость, которую можем позволить себе только осенью. Только осенью мы бываем такими: трепетными и уверенными, ранимыми и решительными, нуждающимися в заботе и умеющими отдавать. Только осенью мы чувствуем связь с Вселенной особенно остро.
Осень – любимая пора интровертов, творческих личностей и утонченных натур. У этого времени года свои атрибуты: тыква с ярко-оранжевым нутром, брошенные к ногам каштаны, орехи, желуди вперемешку с пожухлыми листьями. Клейкий запах стручков акации, аромат глинтвейна с корицей, на каждом углу кофейни, выдыхающие через распахнутые двери пар. Шарфы с рисунками модных вязок, шерстяные носки, некогда отложенные на потом тома стихов, дым от костра… У осени свои звуки – закипающего чайника, хрустящей под ногами листвы, шелеста детского гербария, чтения книг перед сном вслух, почти шепотом и, чего уж там, шмыгающих носов…
…Мы противимся приходу осени до последнего. Весь сентябрь. В октябре наступает смирение, становится спокойно и хорошо. Октябрь – особенный месяц. Ярких красок, разговоров по душам, дружеских откровений. Обманчивого ощущения, что мы стали старше, которое пройдет с первым весенним днем. А пока – осень. Время, когда дети по утрам идут в школу, неся с собой букеты из карандашей и ручек. Это время бегства от всего вычурного к естественному, когда хочется не казаться, а быть. Время ходить в кино, возвращаться домой затемно, время теплых воспоминаний и горячих надежд.
Татьяна АСТАХОВА-СИНХАНИ.