Волчцы, плевелы, бурьяны, чертополохи – слова традиционно с негативным значением, символы запустения и даже библейской Божьей кары, насылаемой на землю за грехи людей. Также пустыри, заросшие сорными травами, кустарниками и отдельными деревьями, стереотипно воспринимаются многими как «потерянные места». Есть ещё интересное набоковское определение: трущоба природы. При этом «элитными районами» природы представляются максимально нетронутые и первозданные участки – те величественные чудо-дебри, в которые большинство из нас вряд ли когда-нибудь попадёт.
Если говорить о непаханом Диком поле, которое ещё 200 с небольшим лет назад покрывало львиную долю территории Приднестровья, то оно безвозвратно ушло в прошлое. Первозданной причерноморской степи, воспетой Гоголем или Шевченко, практически не осталось, а свободные от культурных растений небольшие клочки открытой земли в той или иной степени подходят под определение «пустыри». Обочины просёлочных дорог, откосы речных дамб, полевые межи, вторично остепнённые участки на месте заброшенных песчано-гравийных карьеров – все эти «затерянные миры» становятся сегодня также некоторыми резервами биоразнообразия. От себя же добавлю, что в них, если присмотреться, можно увидеть нечто красивое и вдохновляющее.
Для начала скажу несколько слов в защиту презираемого многими чертополоха. Вообще-то под такой «кличкой» народ объединил несколько видов колючих, сильных растений семейства астровых. В старину им предписывали магическое свойство отгонять нечистую силу, а вообще-то они содержат много целебных веществ. Внешне это настоящие «живые крепости» пустырей. К ним, кстати, относится и высоко ценимая в фармакологии расторопша. Особенно эффектно смотрится чертополох поникающий с крупными, широкими фиолетово-розовыми звёздами цветов, очень медоносных, а потому никогда не пустующих. Почти наверняка встретишь на них либо пчёл, шмелей, бабочек, либо жука-бронзовку (золотую или пятнистую), либо какую-нибудь мелкую, изящную, золотисто-полосатую цветочную муху-журчалку, мимикрирующую под осу, но совершенно безвредную. Видели ли вы, как хороши эти скромные создания в трепетных лучах утреннего солнца, где-нибудь на берегу Днестра? Не менее, чем массивная, эффектная и безобидная оса – сколия гигантская, летающая этим летом в изобилии, причём повсюду, по городам и весям и на просторах полей-садов. Радуют натуралиста и довольно частые встречи с пчёлами-плотниками – крупными, басовито гудящими тёмно-фиолетовыми перепончатокрылыми, занесёнными в Красную книгу ПМР. Этих завсегдатаев пустырей из мира насекомых ни с чем не спутаешь. В июне на полевой меже в окрестностях Тирасполя мне удалось увидеть и даже сфотографировать ещё одну редкость – бабочку махаона из семейства парусников, или кавалеров. Среди более обычных местных чешуекрылых – всевозможных белянок и голубянок, пёстрых репейниц, резвых переливниц и перламутровок изысканный, медлительный махаон смотрится аристократом, пусть и не подозревая об этом.
Воспетый Львом Толстым в повести «Хаджи-Мурат» как символ несгибаемости чертополох-татарник хоть и относится к травянистым растениям, но лично мне напоминает какой-то диковинный индуитский храм – высотой и размахом, стихийной мощью и презрением к законам симметрии. А ещё тем, что, если присмотреться, обнаружишь на его мясистых, устрашающе колючих стеблях и листьях бурное кипение малознакомой нам жизни. Где, например, муравьи охраняют от божьих коровок целые «стада» крошечных, мягких тлей, которые в награду одаряют их сладким сиропом. Забавно, что в этом «зазеркалье лилипутов» божьим коровкам досталась роль хищных волков, а муравьи – пастухи, фермеры. Частенько на малиновые соцветия татарника садятся лакомые до его маслянистых семян нарядные щеглы, мелкие пташки-щебетуньи, почти невесомые для этих растительных «монстров». Конечно, с одной стороны, все чертополохи – явные сорняки, но они же – отличные медоносы, закрепители овражных склонов и поставщики полезных масел. Их роль в природе неоднозначна.
Признаюсь, не хочется говорить об амброзии, но… её уже нельзя игнорировать. Этот злостный карантинный сорняк не только поражает людей тяжёлой аллергией, но и способен намертво иссушить почву, а у нас ведь и без того сплошная засуха. Кажется, что амброзия полыннолистная – «мировое зло» в чистом виде. Оказывается, с ней тоже не всё однозначно. Например, амброзия содержит вещества, активно тормозящие процесс роста раковых клеток. И всё-таки вред от неё многократно превышает пользу, так что смертный бой с амброзией, неотложный до поры её злосчастного цветения, – важная людская задача каждого лета. Куда милее сердцу и безобиднее наша исконная, степная, серебристая полынь горькая. В народной и официальной медицине её применяют давно и охотно. Поднимает иммунитет, улучшает пищеварение, избавляет от паразитов и грибков, помогает при простуде и гриппе, тонизирует, заживляет раны, уничтожает раковые клетки – это ещё далеко не все полезные свойства полыни. Да я просто очень люблю её запах – терпкий и такой родной. Так же, как и запах тысячелистника, который, помимо прочего, используется в кулинарии как пряность.
Леон Полевой.
Фото автора.
Газета №120 (7746) от 3 июля 2025 г.