Многие из сотрудников газеты – люди городские и в селах бывали только летними наездами к родственникам. Сейчас мы восполняем пробелы и узнаем все больше традиций, бытующих в приднестровских селах, которые и в голову бы прийти не могли городским жителям.
Если читатели вспомнят другие подзабытые обычаи, с удовольствием добавим их в нашу копилку. Кто-то скажет, что подобные вещи не имеют ничего общего с современной цивилизацией, и будет неправ: они видоизменяются и самым прямым образом влияют на наше сознание, а новые ритуалы мы создаем каждый день.
«А вы что, ни разу не сидели на свинье после того как ее зарезали, пока она теплая?» – с удивлением спросила меня Анна из Рыбницкого района. Но тут уже пришла пора удивляться и мне. Как потом оказалось, все дети, в чьих семьях выращивают свиней, хотя бы раз в жизни да веселились на таком аттракционе: посидеть на «пока еще теплой свинье». И при этом ни один человек не может точно и наверняка вспомнить корни этого обычая. Возможно, для того чтобы приобщить детей к достаточно древнему (и сейчас даже считающемуся возмутительным) обычаю забоя свиней – в общем, чтобы дети не боялись. Возможно, это каким-то образом вселяло в родителей уверенность, что ребенок, использовавший это животное в качестве кресла, будет обладать недюжинным здоровьем до самой старости. Даже как-то обидно, что мне, будучи подростком, на свинье посидеть не удалось: возможно, в этом случае я намного лучше бы понимал природу.
Об этом обычае нам рассказали в Слободзейском районе. Пока девушки в канун святого Андрея гадают на суженого-ряженого, парни забавляются по-крупному: снимают ворота (калитки) во дворах, где живут незамужние девушки. К участковому обращаться никто не собирался: если калитку сняли, говорили родители, значит, барышня в следующем году точно встретит своего супруга. Более предусмотрительные хозяева сами снимали калитки и прятали. Некоторым приходилось разыскивать свои ворота где-то на окраине села. Если незамужняя девушка (или ее семья) так и не найдет снятую с петель калитку, значит ходить ей в девках еще год. А отцу – раскошеливаться на новые ворота.
С этой традицией мы с моим товарищем столкнулись еще в университете. Однокурсница позвала нас на свадьбу в село Койково Дубоссарского района. Денег у нас тогда не водилось, и за подарками мы отправились в сувенирный магазин. Там довольно дешево приобрели какой-то вычурной формы кувшин и картину в рамке с иероглифом, обозначавшим то ли счастье, то ли благополучие. Оказалось, что каждый гость на свадьбе должен был выдать длинный тост и огласить сумму подарка. Всякие кумовья и нанашулы с превосходством поглядывали на остальных гостей, называя все более астрономические суммы, которых мы в жизни не видели. Поэтому, когда очередь дошла до нашего стола, мы под шумок вышли на улицу. Надеюсь, что иероглиф молодоженам понравился. Самое интересное, что в детстве я бывал на свадьбе в украинском селе, где все происходило с точностью до наоборот: гости просто клали мизерные суммы по 10-20 гривен в специальную кошелку для молодых, а количество самогонки довольно сильно превышало количество угощения. Мог ли я знать, что молдавские обычаи совсем другие?
Никита МИЛОСЛАВСКИЙ.