Имя Витгенштейна принадлежит к плеяде выдающихся не только в масштабах приднестровской, но и российской истории. Однако прежде чем Петр Христианович прославил русское оружие на поле брани, стал Спасителем Петербурга, одержал ряд других крупных побед, он состоялся как человек, как семьянин. И мы вправе утверждать, что именно эта основа, в конечном счете, сделала возможным все другие триумфы. Ибо, как гласит народная мудрость, не имя красит человека, а человек – имя.
О Витгенштейне – полководце достаточно широко известно. Значительно менее изучена его «домашняя» ипостась: муж, отец, устроитель обширного имения. На ней-то и сосредоточили усилия современные исследователи – руководитель Поднестровского историко-географического общества Александр Горносталь и краевед Александр Тихонов. Историки готовятся выпустить монографию, где собраны подробные сведения о приднестровском этапе жизни светлейшего князя. Уже известно, что в научный оборот будут введены ценные сведения, находки, сделанные в архивах Москвы и Санкт-Петербурга, материалы, хранившиеся у наследников и любезно предоставленные князем Александром Витгенштейном.
Предварительными результатами проделанной работы ученые поделились в ходе прошедшего в конце минувшего года в Каменке просветительского форума «Семейные ценности и приднестровские вехи истории генерал-фельдмаршала П.Х. Витгенштейна».
Открытию форума предшествовало возложение цветов к бюсту прославленного военачальника. Затем каменчане и гости города посетили место, где прежде стояла лютеранская кирха, построенная Петром Христиановичем, осмотрели чудом уцелевший склеп – единственное сооружение такого размера в Приднестровье, с изящной архитектурой, колоннами, сводчатым потолком, так что и впрямь возникает ощущение, что находишься в усыпальнице старинного замка. Здесь в ХIХ веке обрели заслуженный покой князь с супругой Антонией-Сесилией Снарской (она пережила его на 12 лет), их дети, включая Эмилию Трубецкую, построившую в память об отце беседку в Строенцах («Башню ветров»).
Увы, судьба, а точнее, воля духовно очерствевших людей уже после смерти нанесла удар по супружеской чете и династии. В тридцатые годы ХХ века, на волне идеологических трансформаций, останки были удалены из родовой усыпальницы и, предположительно, перезахоронены на немецком кладбище (в склепе разместилась маслобойка); местонахождение их по настоящее время неизвестно, но, возможно, и на это вопрос поисковикам удастся пролить свет.
В ходе научного форума исследователи сообщили о том, какие сведения уже удалось найти, рассказали о вкладе светлейшего князя в экономическое развитие края, о его безукоризненном облике как главы крупного семейства. Что поразительно, «тихий период» в жизни Витгенштейна, начавшийся после выхода в отставку, не был связан с ослаблением жизненной энергии. Смелых замыслов и начинаний этого человека – заметим, не оставшихся на бумаге! – хватило бы, пожалуй, на целую команду управленцев. Неутомимый Петр Христианович пригласил в Каменку переселенцев – они компактно проживали в немецкой колонии «Антонеттенталь»; мастеров-каменщиков; развивал виноградарство, садоводство; устроил систему прудов на месте нынешнего парка, заметно преобразив ландшафт.
Историки выяснили, как велика была роль супруги Антонии-Сесилии (Антуанетты, Антонины Станиславовны). По сути, весь этот красиво задуманный и воплощённый в Каменке мир стал плодом их горячей любви. В счастливом браке пара прожила сорок пять лет, вплоть до смерти Петра Христиановича. Родились двенадцать детей (восемь мальчиков, четыре девочки).
О том, насколько сильно Витгенштейн любил свою Антуанетту, хранительницу очага, говорит и названное в её честь поселение, и дочь Антония. И то, что на стене построенной в Каменке усадьбы был изображен вензель с инициалами жены. Интересно, что из семи мраморных плит в княжеской усыпальнице до наших дней дошла только одна – с её именем.
О Витгенштейне-отце можно судить по тому, что практически все его дети по мужской линии становились военными, прекрасно показывали себя как военнослужащие царской армии, приобретали опыт в сражениях. А ведь он и учил их «не жалеть ни жизни, ни имущества, если речь идет о благе Отечества». Исследователи обнаружили, в частности, изображение одного из сыновей, Алексея, служившего в гусарском полку. И где? На картине (акварели), написанной рукой Лермонтова.
Нельзя не подивиться прозорливости выдающихся предшественников. В 1843 году, прощаясь с фельдмаршалом, капитан Генерального штаба П. Лебедев произнес такие слова: «Пройдут века, и поздний потомок придет сюда учиться любви, кротости, преданности… Отечеству и науке побеждать…».
Петр Христианович не был рождён на берегу Днестра, но стал приднестровцем по духу, по характеру развернутой деятельности, в силу большой любви, которую питал к нашей земле.
Михаил Фернет.
Фото автора.