Время перевели на час назад. Первые дни я постоянно говорила что-то вроде: «Сейчас три, а по-старому было бы уже четыре». И у меня оказывался целый час в запасе – до выхода из дома, до сна, до сдачи материала, до пробуждения… Целый час, целая вечность – особенно тогда, когда дорога каждая минута. А для меня, вечно опаздывающей и всегда догоняющей, и секунда бесценна.
В пять часов вечера теперь темнеет, в половине шестого уже почти ночь, а в шесть – хоть глаз выколи. Но это пустяки, это даже хорошо: все равно после работы еще садиться за уроки. Делать домашнее задание, когда за окном светит солнышко, а во дворе веселая возня, было бы куда хуже… Отработав днем журналистом в главной газете Приднестровья, я каждый вечер учусь в 5-м классе. Учусь неплохо, но без особого рвения. Да и удовольствие от выполнения «домашки» получаю сомнительное. Чего уж там – никакого удовольствия. Сплошной стресс. Я неусидчивая старшеклассница – мне постоянно хочется пить, есть, гладить кота, смотреть в окно, звонить мужу и узнавать, скоро ли он приедет. А делать уроки – совсем не хочется. И я тяну. За хвост. И в дальний ящик. Это у меня получается отлично. В этом я даже своего сына превзошла.
А раньше, сделав уроки, можно было выгулять перед сном себя и своих мужчин, зайти в кофейню, заказать «Американо» с молоком (хотя домашний «Нескафе» и дешевле, и вкуснее. Вкуснее не потому, что дешевле). Заглянуть на набережную, пожаловаться мужу, что задают много уроков, рассказать о новых материалах и задумках, посмотреть вдаль на розовеющий закат, подумать о вечном. Потрепать по непокорному чубу наворачивающего вокруг тебя круги сына, выслушать в тысячный раз, какие трюки он научится делать, когда у него, наконец, появится самокат. Похихикать над смешным, доносящимся до тебя из громкоговорителя, приглашением пройти на теплоход «Грибанов», поворчать, что с другого большого теплохода «Грушко» музыка слышна аж у тебя дома на восьмом этаже на Федько, и однозначно отдать предпочтение грибановскому. Сымпровизировать и покататься на нем туда, до изгиба реки, и назад, к теплоходному причалу, поесть во время поездки вредных чипсов, снова посмотреть вдаль и снова подумать о вечном. А заодно и о том, чем кормить своих мужчин, вернувшись домой. Идти назад уставшими, а дома быстренько приготовить горячие бутерброды с колбасой и сыром, любоваться уплетающим свое любимое блюдо сыном и спорить о том, какое кино включить. Поиграть с котом, получить от него признание в виде больных укусов с глубокими отметинами от клыков, посмеяться, какой же он разбойник, и только тогда подумать, а не пора ли всем спать… Но это раньше, а сейчас уроки делаются затемно, и спать пора ещё вчера. И даже тот час, который в запасе, не очень-то и спасает.
Но, если подумать, час не такой уж маленький подарок. За лишний час можно съесть целую банку сливового джема с чаем, уютно устроившись на диване в зале. Непременно перед телевизором. Смотреть всякую глупость, например, смешные ролики про животных, хохотать и слушать остроумные комментарии сына. Или за лишний час, который глубокой осенью лишним не бывает, можно, например, узнать много нового о царе Хаммурапи из научного фильма, предложенного учителем по истории к домашнему просмотру. Отвлекаться и перематывать назад снова и снова, потому что хоть фильм и интересный, но все же в нем слишком много цифр, имён и понятий. А потом прочувствовать на себе новые приемы, которым сына научили вчера на тренировке по дзюдо, успокоить разнервничавшегося кота и подумать почему-то о выходных, до которых ещё целых четыре дня. И о том, как хорошо, что время перевели на час назад, хотя уже на третий день после этот час становится неосязаем и утекает сквозь пальцы, как песок из одного сосуда песочных часов в другой. Примерно так же, как в паспорте каждый год кто-то невидимыми чернилами пишет, что ты стал ровно на год старше, больше, шире и умнее. И хочется не час в запасе, а год. И хочется назад во времени, но при этом взяв с собой все дорогое тебе. И хочется не сорок, а хотя бы тридцать два. Но… Нужно радоваться часу в запасе и нужно успеть прожить его как-нибудь совершенно бессмысленно. Потому что только бессмысленное и непрактичное, неразумное и бесполезное, именно оно дает ощущение счастья, послевкусие от которого длится долго. А раз так, то получается, что времени не существует, а существуют лишь мгновения. Как, например, когда проснулся на час раньше домашних, чтобы написать материал, и увидел за окном на крыше соседнего дома сороку с длиннющим хвостом. Удивился. Подумал, что это, должно быть, на удачу. И понял, что одним мгновением счастья стало больше. И что в запасе не просто час времени, а, пожалуй, целая жизнь.
Татьяна АСТАХОВА-СИНХАНИ.