Ну а где дом, там и курятник. Купили на рынке двадцать пять цыплят, маленьких, золотых, – глаз радуется. Правда, весь опыт сельской жизни наших героев до того ограничивался дачей. А там животноводством шибко не позанимаешься. Так что будем говорить прямо, о выращивании цыплят эти двое не знали почти ничего.

Но, говорят, новичкам везёт. Птица жирела на глазах, становилась рослой, крепкой, нагловатой. Тут-то и выяснилось: далеко не все из популяции – куры. Некоторые, видишь, оказались молодыми, задиристыми петушками, достававшими кур нещадно. Нет, не то чтобы куры сильно жаловались. Скорей, жаловались владельцы. В интернете прочли: избыточное количество петухов в стаде может создать ряд проблем. Это связано с естественным поведением, конкуренцией за доминирование, стрессом для кур и другими негативными последствиями. И тут самое страшное: «вплоть до снижения яйценоскости».

Куры недавно только стали нестись. Поесть своих, домашних яичек ой как хотелось. И каких яичек! Они какие-то были все разноцветные, каждое с неповторимой, индивидуальной окраской. Валя с мамой говорили, что это им яички Боженька красит. И верно, приближалась Пасха. Начинающие птицеводы мечтали собрать как можно больше собственных, уникальных – а их и красить не надо! Однако возникла препона: петухи.

Опять-таки из интернета узнали, что оптимальным соотношением считается 10-15 кур на одного петуха. Возможное решение проблемы – отсадка лишних петухов в отдельный вольер, особенно если цель – получение яиц, а не разведение. Но как определить, какие «лишние»? И, собственно, кто из молодняка – петухи… Знатоки пишут, что у петушков гребень и бородка ярко выражены, появляется заметный зачаток шпоры, начинают проявляться различия в окрасе и оперении. Но в данном случае, уж как-то так вышло, вся молодь одинаковая. Правда, те же спецы делают оговорку: некоторые методы работают только у породистой птицы. Ну, значит, решили Валентин с мамой, их питомцы не из дворян, так, без роду без племени. Одно слово – инкубаторные.

Всё ж таки Валька ухитрился отобрать троих самых наглых, агрессивных, чья половая принадлежность сомнений не вызывала. Отсадил в вольер. С тем чтобы утром, когда придёт сосед, благополучно направить компашку к праздничному столу (дело было, напомним, в канун Пасхи). Сами они с мамой, естественно, рубить птице голову не отваживались – интеллигенция.

Но каково же было удивление птицеводов, включая и куда более опытного соседа, когда утром в вольере или, может, не знаю, лучше сказать – в карцере, обнаружилось… Что бы вы думали? Правильно, яйцо.

Что в такой ситуации должны были подумать энтузиасты? Логика неумолимая: один из петухов… курица! А кто именно – принципиально неясно. Сосед подтвердил: на вид все самые настоящие петухи. Как поступить? Спровадить на холодец? Жалко. Всё ж таки одна из троих – закамуфлированная Ряба.

Пришлось отпустить. И снова из стада отобрали самых отъявленных, самых маскулинных. Снова позвали соседа – времени уже почти до Пасхи не оставалось. Но история повторилась – один в один. Яйцо! Как такое возможно?

Сосед оказался человеком старой закалки, говорит: «Слушайте, не рубите вы этих т.н. петухов, какие-то у них неправильные, не наши, короче, ценности. Может, их и есть-то нельзя…».

Тем дело и кончилось. А как было на самом деле? Если исключить заведомо мистические версии, опять-таки, следуя бритве Оккама, остаётся только одна. Версия, озвученная Валентином за праздничным столом, такова: пожалев своих петушков, куры украдкой передавали в вольер по яичку. А ещё говорят: куриные мозги. Эти вот просчитали логику своих хозяев. «Ну, согласись, – кипятился Валентин в разговоре с автором этих строк, – других правдоподобных теорий нет и быть не может. Это заговор!».

А я думаю, всё куда проще (или сложнее). Просто дело было… на Пасху.

Пётр Васин.

Фото сгенерировано ИИ.

Газета №68 (7939) от 18 апреля 2026 г.

Мария была домовитой хозяйкой, к тому же из тех, кто строго чтит народные праздники и традиции. Накануне Пасхи дом буквально жил её предвкушением: он был наполнен запахами свежевыпеченных пасхальных куличей, колбасы и других деликатесов. А как красили яйца! Это было настоящее действо. Разноцветные – жёлтые, синие, красные, зелёные – их аккуратно вынимали дуршлагом из кипящих кастрюль с краской и раскладывали на вафельных полотенцах, чтобы они остыли.

В день Пасхи Мария утром постучалась к нам и, поздравив с праздником, передала маме кулич и тарелку с крашенками – каждому по одному. Помню, она тогда предупредила, чтобы мы с братом брали их аккуратно: краска может остаться на пальцах, а в школе за это могли и наказать.

Время было советское. Все мы были атеистами или старались казаться ими, следуя линии партии и государства. Но многие всё же сохраняли христианские традиции и обычаи, особенно в столь важный для православных праздник. Такой была и моя семья.

На следующий день после Пасхи в школе, прямо у крыльца, учеников встречал дежурный учитель с несколькими активистами. Перед входом каждый должен был показать руки. Это странное правило не первый год вводил директор – убеждённый борец с «пережитками прошлого». Если на пальцах замечали следы краски от пасхальных яиц, ученика сразу отправляли к директору или его заместителю «на профилактическую беседу». Наказания как такового не было, но разговор проводили – и с «нерадивым» ребёнком, и позже с его родителями.

Следы от крашеных яиц нашли и у меня. Мама потом корила себя за то, что не прислушалась к словам Марии. Но всё обошлось. Когда меня вместе с несколькими детьми повели на второй этаж к руководству школы, сопровождавшая нас дежурная девочка отозвала меня в сторону и, подмигнув, дала понять, чтобы я отстал. Так я избежал неприятностей. Я узнал её имя – Наташа, она училась в параллельном классе. Потом ещё не раз встречались в школе, и мне почему-то казалось, что мы оба немного стеснялись друг друга. А спустя год-два моя семья переехала в другой конец города, и я перешёл в новую школу.

…Прошли годы. И снова Пасха. Это уже совсем другой праздник. Никто не скрывает своих чувств. То, что происходило в мои школьные годы, сегодня кажется почти невероятным – из разряда «нарочно не придумаешь».

В церкви закончилась служба. Батюшка шёл вдоль ряда прихожан, выстроившихся для освящения пасхальной снеди. Он читал молитву, окроплял еду святой водой. И вдруг я почувствовал на себе взгляд женщины, стоявшей напротив. В её лице угадывались знакомые черты. Откуда я её знаю? Я пытался вспомнить, но тут двинулась новая толпа людей, и мне пришлось собираться.

И вдруг по дороге меня осенила мысль: а не та ли это Наташа, девочка, когда-то спасшая меня? Я снова посмотрел на неё, и она улыбнулась. Да, я не ошибся. Мы поняли друг друга без слов.

И вновь зазвонил церковный колокол, наполняя пространство радостью, светом и покоем. Его звуки приносили людям умиротворение, надежду и добро. И от них, и от этой неожиданной встречи на душе стало празднично вдвойне.

Александр ОЛЬГИН. г. Тирасполь.

Фото сгенерировано ИИ.

Газета №64 (7935) от 11 апреля 2026 г.

Случилось моему другу попасть в больницу, основательно попасть. Перенёс он две тяжелые операции всего за месяц, притом что и раньше крепким здоровьем не отличался. Но врачи делают всё возможное, и делают, скажу вам, неплохо. За жизнь парня борется целый коллектив. Друзья поддерживают чем могут: иной сдаёт кровь, кто-то помогает деньгами, добрым словом, молитвой…

Я, подумав, присоединился к тем, кто уповает на высшие силы. Логика тут такая: во-первых, как таковых денег у меня нет. А во-вторых, коль уж специалисты делают всё возможное, остаётся прибавить фактор чуда, то есть уповать на высшие силы. Но они тоже требуют нашего участия. Необходимо ходить в храм – там молиться проще, желательно держать пост, но это нелегко, и, разумеется, не сквернословить, ко всем доброжелательно относиться… Словом, выбрал я из длинного списка наиболее простое – решил ходить регулярно на службу. Хотя бы по воскресеньям.

Оказалось, и это занятие не из лёгких. В прошлое воскресенье мы, например, с коллегами отправились в поездку, я и забыл про своё скромное обязательство. А тут проезжали мимо одной сельской церкви, и меня вмиг озарило: «Я ж обещал!».

Что делать? Попросил коллег задержаться, а сам бегом в храм: может, ещё не поздно… К величайшему моему огорчению, служба уже закончилась. И даже более того: священник уехал (в самом селе, как мне объяснили, он не живёт, специально приезжает из города). Остались только две смотрительницы, я разговорился с ними. Вот тут-то и явилась спасительная мысль: чтобы как-то загладить свой грех, решил купить другу икону.

Выбрал Леушинскую Божию Матерь, известную также как «Аз есмь с вами, и никтоже на вы» – один из самых нежных, трогательных образов. Говорю: «Сколько стоит?». Мне отвечают: «Двадцать рублей». И вдруг до меня доходит с запозданием: так ведь «налички» с собой нет, только банковская карта… Начинаю судорожно хлопать себя по карманам, и что бы вы думали? Достаю ровно двадцать, причём и по пятёрке, и по рублю, даже монетами, но всё ровно: ровно двадцать.

Счастливый, следующим же утром отправляюсь на автобусную остановку, чтобы передать с водителем маршрутки иконку. А заодно и талоны на сданную кровь, и кое-какие денежные средства (больница, где лежит друг, находится в другом городе). Передаю и, на всякий случай, прошу у водителя номер телефона: вдруг что-то пойдёт не по плану. Но водитель смурной какой-то с утра был. Отрезал: «Я телефон не даю». Чего это он, думаю, что тут такого? Хотя, с другой стороны, если давать направо-налево телефон, звонящие, наверно, все нервы вытреплют. Но и связь, согласитесь, в таких ситуациях всё-таки нужна. Хорошо ещё, я успел записать номер транспортного средства.

Как в воду глядел! Что-то там у них с мамой моего друга пошло не по плану, и встреча не состоялась. Причём дважды, когда маршрутка ехала в ту сторону и в обратную. Женщина, дежурившая до того неотлучно у постели сына, простояла на остановке примерно час. Я всё это время держал с другом связь, а он – с мамой. Словом, нервотрёпка та ещё. Это ж надо, думаю, хотел сделать доброе дело, а как вышло…

Звоню на автостанцию, узнаю график, специально отпрашиваюсь с работы, дабы свою икону забрать. Подхожу. А водитель, тот самый, уже стоит у микроавтобуса и кофе пьёт. Увидел меня издалека, тоже идёт навстречу. И вижу, самому ему неудобно, что подвёл, хотя, может, и всё сделал правильно – как-то так у них вышло. Может, думал, что мужчина должен на остановке стоять… Говорит: «Дайте мне, пожалуйста, телефон вашего друга, я уже сам ему буду звонить». Я дал и сказал на прощание: «С Божией помощью!». Потому что непросто человеку, любому из нас, как выясняется, сделать даже самое пустяковое, малюсенькое доброе дело – словно какая-то враждебная сила на пути козни строит. А уж про большие добрые дела я и молчу.

Расстались мы с водителем как хорошие знакомые, и наперёд скажу: на сей раз всё пошло как по маслу: и друг порадовался, что не забыл я о нём, крепко застрявшем в больнице, как Винни-Пух в норе умного Кролика; и водитель – это было видно – весь преобразился. Совсем другое у человека было настроение.

Пётр Васин.

Фото сгенерировано с помощью ИИ.

Газета №59 (7930) от 4 апреля 2026 г.

Вообще, было бы крайне любопытно сравнить историю Отечества, ну, скажем, за минувшие лет сто, с ситуацией в любом общежитии или подъезде. Умеют ли люди находить компромисс, делить занимаемое пространство, места общего пользования, справляться сообща с трудностями? Не зреют ли в коридорах заговоры, революции? Кто против кого дружит? Исходя из этого и становится ясно: не превратятся ли годами скапливавшиеся проблемы в совершенно нераспутываемый клубок? Причём «перестройка» нередко только усугубляет трудности, потому что вдруг выясняется, что тот, кто её проводил, руководствовался совсем другими соображениями. Знакомо, правда?

То есть, в сущности, каждый отдельно взятый подъезд, двор, ТСЖ, дачный кооператив – это такая уменьшенная историческая копия. И в ней, подобно тому, как в капле воды отражается море, видны все наши изъяны…

В эдаком философском ключе рассуждал я, живя бок о бок с такими же людьми и, соответственно, страдая, как и все, от каких-то бытовых трений, размолвок с соседями и, естественно, перекладывая всю вину на кого угодно, кроме себя.

Да и было отчего! Соседи то забивали мусоропровод предметами, которые ну никак не могли туда втиснуться, то оставляли на ступеньках пустые бутылки, а то и вовсе путали лифт с биотуалетом. Управдома у нас нет. Вернее, он, может, и есть, но я просто не знаю его в лицо. Китайцы видят в этом хороший признак: лучший правитель, говорят они, тот, о котором народ ничего не знает. Но у нас это не работает.

Нашему подъезду повезло: произошло истинное чудо. В один прекрасный момент кто-то оставил на окне у почтовых ящиков икону Богородицы. Выцветшую, с проржавевшей рамкой из тонкой жести. Я, признаться, толком никогда и не рассматривал святое изображение, настолько оно было бледным. Вообще думал, вот-вот икону уберут. Знаете, люди всякие бывают. Да мало ли кому может не понравиться. Не убрали. Даже переставили на более видное место – на заброшенный почтовый ящик. Так у нас получилось что-то вроде красного угла (не путать с «красным уголком»).

Сначала я воспринимал сей факт как данность. Затем, проходя мимо, стал креститься. И вдруг заметил: жена точно также поступает, и тёща… Словом, вошло это у нас в привычку, а привычка, как известно, вторая натура. Вернее, она постепенно становится первой. И гляжу: дела потихоньку налаживаются. Вроде и к соседям стал относиться с куда большей терпимостью, даже если они живут с тобой в одном тамбуре и годами его не подметают. Раньше меня это злило: мол, что за высокомерие? А тут решил: ладно уж, у каждого свои недостатки. Ещё неизвестно, какими глазами смотрят они на меня. За собой-то не так примечаешь. Об этом и в Евангелии сказано: «Лицемер! Вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего». Но я бревно не вынимал, а просто меньше стал приглядываться к соринкам. Соседи, говорю себе, и похуже бывают. Бога нужно благодарить за тех, что есть! Уж мы-то друг друга, по крайней мере, давно знаем.

С благодарностью за эти мудрые, не знаю как пришедшие ко мне в голову мысли, пошёл в «церкву». А там батюшка как раз объявил, что сегодня праздник Державной иконы Божией Матери и Крестопоклонное воскресенье. Для верующих это не просто календарное совпадение, а символическое соединение двух главных духовных опор – Покрова Богородицы и силы Креста Господня.

Мне стало любопытно, что же это за икона такая, Державная? Оказалось, в высшей степени необычный образ. На нём Царица Небесная изображена на царском троне держащей в руках скипетр и державу. На голове корона, а плечи покрывает красная мантия, напоминающая царскую порфиру. Младенец Христос на коленях благословляет мир.

Обретена икона была 2 марта (15 марта по новому стилю) 1917 года в день отречения от престола императора Николая II. Для верующих совпадение неслучайно: в час, когда земная власть рухнула, сила небесная явила себя зримо. Богородица словно приняла скипетр и державу из рук последнего самодержца, чтобы самой стать Заступницей и Хранительницей народа в грядущих испытаниях.

И тут меня осенило: не та ли это икона, сильно выцветшая, что стоит у нас в подъезде? Оказалось, нет, иконы разные. Но суть ведь от этого не меняется. Главное – чудо свершилось: соседям хочется смотреть в глаза. И значит, под надёжным присмотром наш общий дом.

Пётр ВАСИН.

Фото сгенерировано ИИ.

Газета №49 (7920) от 21 марта 2026 г.

Светлана и Василий познакомились во время учёбы в ПТУ, сначала жили с родителями, потом построили собственный дом, воспитали двух сыновей, так сказать, выполнили программу-минимум. А потом настали времена повальных заработков, и она осталась нянчить внуков, а его, вняв совету кумы, отправила подкопить деньжат на евроремонт.

Капитальный «апгрейд» своей усадьбе они в итоге сделали: теперь людей небоязно в дом пригласить. Светлана могла быть довольна супругом, но тут появился новый страх: от кумы, той самой, что надоумила отправить Васю в Москву, ушёл муж. Просто не вернулся с заработков – завёл другую семью (такое бывает). Хорошо ещё, подумала Света, мой Вася не из красавцев, да и не то что бы молод. Но кое-какие опасения всё ж закрались. И хотя супруг, неплохо устроившийся в Первопрестольной, собирался приработать ещё на ожидаемую свадьбу младшего, Света решительно отдала приказ возвращаться: «Ничего, и так не бедствуем».

Василий вернулся. Она даже поехала с невесткой (старший был на смене) встречать его: бине аць венит! Но что такое? Вася предстал взору с каким-то таинственным предметом, едва не в величину собственного роста, почему-то повязанным подарочной лентой. Как вскоре выяснилось, это была лопата – широкая, для уборки снега. «Это тебе, – застенчиво протянул он инструмент. – Вот, купил самую лучшую, эксклюзив. Для самой дорогой – самую дорогую». Пошутил, значит.

Светлана не оценила шутку. Хуже подарка – с этим, думаем, согласится любая женщина – сыскать нельзя. А она ведь хотела, чтобы супруг находился рядом, от изнурительного труда уберегла.

При ближайшем рассмотрении оказалось: лопата, и правда, хорошая, сделанная из ультрасовременного материала – прочная, изящная, лёгкая. Но ведь не золотая же! Да и без моторчика: всё равно самой вкалывать. Неужели Василий видит её в таком качестве? Что сие означает? Может, это знак какой? Понимай так: «Я, видите ли, вкалывал, а теперь твоя очередь». В общем, отбился Вася от рук, всё шутки шутит, никакой дисциплины.

Она посоветовалась с кумой. Та сказала: дело серьёзное. И даже пахнет изменой. Светлана всплеснула руками: «Неужели так сразу?». Наталья кисло улыбнулась: «Поверь, изменяют все. Но тут не просто случайность, отдельно взятый эпизод на пьяную голову. Он как будто издевается, бросает нам вызов. Мол, ни в чём не раскаиваюсь и смеюсь прямо в глаза».

Светлана после того разговора ходила накрученная целый день. А под вечер, глядя в окно на кухне, вдруг заметила Васю, остановившегося под аркой и мечтательно глядевшего на последнюю гроздь «молдовы», как та лиса из басни. Света невольно растрогалась. Нет, не мог он так поступить, Вася не такой. А кума просто гребёт всех под одну гребёнку.

Светлана была женщина практичная. Куда больше её огорчали бездумные траты. Лопату муж привёз прошлой зимой. А, как вы помните, была она у нас бесснежная. Кому ж сдался в Приднестровье снегоуборочный инвентарь, да ещё по космической цене?

Но этой зимой ситуация кардинально изменилась: снег без конца падал и падал, словно бы кто в небесной канцелярии перепутал южный край с Арктикой. В магазинах всё, чем только можно было разгребать заносы, расхватали. Остались только штыковые и детские лопатки из наборов. Тут-то и пригодился Васин подарок, такой замечательный, такой удобный, всем соседям на зависть.

Да что говорить! Некоторые односельчане, будто в кино, ходили поглядеть через забор, как со свистом летает у них снег, как буквально на глазах из-под сугробов показывается тропинка – работа спорится. Причём трудились супруги попеременно. Муж хотел убрать снег сам, да она не позволила. «Нет уж, – сказала, – дудки! Такой лопатой двор чистить – это уже аттракцион; за то деньги с желающих надо брать».
Хотите верьте, хотите нет, да только во дворе Василия и Светланы весна наступила раньше, чем везде. Из земли показались пролески да подснежники, хоть тут их прежде в помине не было. Красота неописуемая!

«А всё почему? Благодаря кому?» – самодовольно ударял себя в грудь Василий. «И правда, – согласилась она. – Лопата, может, и не золотая, да золотой муж».

Пётр Васин.

Фото из открытых источников.

Газета № 44 (7915) от 14 марта 2026 г.

Марина никогда не играла в дочки-матери , не наряжала кукол. Мальчишки на её фоне казались сплошными флегматиками, что, как мне кажется, служит особенностью нашего времени: женщины, как амазонки, – на коне. Поэтому, когда я отвёл малютку на борьбу, никто в спортшколе особо не удивился. Почему бы и нет, собственно. Осуждали только друзья-знакомые. У них у всех пацаны рисуют, поют, снимают видеоролики для «Ютуба», со спортом не дружит почти никто. Я не обобщаю, ясно, просто так получается.

Родня, заводившая о Марине разговор, основывалась на двух критериях. Первый – «не женское это дело», то есть фигуру испортит и т.д. Второй: не надо за счёт ребёнка, подобно некоторым другим родителям, воплощать свои мечты.

Отвечать буду по порядку. Учитывая некоторые тенденции, я уж и не знаю, что «женское», а что «неженское». Думаю, на такую постановку сами барышни вполне могут обидеться. Красота – вопрос спорный, тут, как говорится, на вкус и цвет… Я видел чемпионок по метанию диска – они настоящие красавицы. А дзюдоистки? Легенда наших дней Ута Абэ? Украинская фаворитка Дарья Белодед? Восприятие, безусловно, у всех разное. У меня есть друг, которому нравятся женщины с атлетической фигурой, он и сам всю жизнь спортом занимается.

Со вторым пунктом сложнее. Отчасти, признаюсь, это правда. В детстве родители излишне опекали меня. В итоге, когда я созрел и понял, что хочу бороться, было уже поздно: пришёл на стадион, меня не взяли. Ну а дальше цепная реакция: то, чего нет, и притягивает, манит до невозможного. Ходишь потом годами и накручиваешь себя: а вдруг? Может, талант пропал? Кто знает? Но он же, талант, мог передаться по наследству. А коли так…

Вот такие думки. По поводу «таланта», к слову, у меня есть некоторые соображения. Наблюдая, как занимается дочь (сначала вольной борьбой, потом дзюдо), я понял: бороться – это действительно призвание. В том плане, что необходимы характер, морально-психологическая устойчивость, дисциплина. Все эти качества закладываются на генетическом уровне, прививаются с малых лет. Отсюда и существовавшие некогда сословия потомственных воинов. Не зря и у кавказских спортсменов такие успехи в единоборствах. Людям неподготовленным, из семей, где ты у мамы центр вселенной, или из творческой среды, «с тонкой душевной организацией», приходится нелегко. Характер борца, уж извините, он либо есть, либо нет. Дальше на результат работает весь социум. Вот вы, читатель, к примеру, знаете по именам лучших наших борцов? Не знаете. А теперь подумайте, возможно ли такое в Дагестане? Но, конечно, отсутствие общественного интереса – не оправдание. Это лишь фон, одна из вводных. Побеждает, в конечном счёте, человек. И он же способен изменить систему, создать школу, привить окружающим любовь и вкус.

У Марины, как сказал тренер на первой же тренировке, есть характер. Тут другое. Свою лепту вносили излишняя впечатлительность и, может, обилие вопросов, вся эта рефлексия: а нужно ли? моё ли? может, и правда, хожу потому, что родители отправили… Да и сам я, чего греха таить, думал о том же: есть ли у отца право влиять на выбор…

Я понял, что нет. Понял на важных соревнованиях, когда Марина не смогла собраться. Эмоции возобладали. Захлестнули они и меня. После тех проигранных схваток на выходе из зала я сказал: «Слушай, я ведь не заставляю. Если не хочешь, занимайся тем, к чему лежит душа».

Теперь понимаю, что просто, увидев, как разрушается хрустальный замок, спасовал. А должен был сказать: «Ерунда! Ты обязательно справишься!». Но это была лично мною проигранная схватка – от начала и до конца.

Однако Марина, как ей ни было тяжело (после моих слов вдвойне), не поддалась упадническому настроению – вот что удивляет! Она осталась, не бросила спорт. Стала регулярно ходить на занятия, прошла аттестацию. Успех, он ведь не только в медалях и заслуженных поясах. Для меня важно, что она твёрдо сказала: «Да, мне нравится дзюдо, я хочу им заниматься. И я буду им заниматься!». Теперь это был её, а не мой выбор.

Ошибаются те, кто думает, что можно вот так, одним махом, взять и изменить себя. Такой уж Марина человек: её изводит не поединок, а ожидание. Как с этим бороться?

Я когда-то читал дзэнскую (буддистскую) притчу о знаменитом японском борце по имени Огромные Волны. Он был очень сильным, однако на публике становился нерешительным, и в итоге верх брали какие-то юнцы. Тогда знающие люди посоветовали ему вникнуть в значение собственного имени, прислушаться к шуму волн…

И у него получилось! Не буду входить в аспекты медитативной практики, суть в том, что у каждого, чем бы кто ни занимался, свой путь к триумфу. И, соответственно, на том пути свои подводные камни.

Главное – не отказываться от мечты, верить в неё всем сердцем и ежедневно побеждать главного соперника, затаившегося где-то внутри нас.

Пётр Васин.

Фото сгенерировано с помощью ИИ.

Газета №20 (7891) от 7 февраля 2026 г.

Я родился в самом начале последней четверти прошлого века в Тирасполе, жил по улице Карла Маркса, в доме рядом с образцовым по тем временам универсамом (ныне ТЦ «Дик»). Моё детство, если можно так выразиться, отчасти пахло бензином и типографской краской (из-за близости гаражей и магазина «Союзпечать»). Однако в этот техногенный букет примешивалась более вкусная природная струя – запахи, идущие от одного хлебного и по крайней мере двух консервных заводов в ближайших окрестностях. Сладкие, сдобные, фруктовые – даже не запахи, а ароматы. Ароматы Молдавии, как тогда принято было говорить. Так, должно быть, пахнет наше южное солнце.

Много видов варенья местного производства продавали тогда в магазинах, и оно почти ежедневно присутствовало в рационе большинства семей на радость нам, детям-сладкоежкам: абрикосовое, сливовое, яблочное, малиновое, грушевое, розовое (из лепестков розы)… А ещё мне сильно запомнилось такая, по нашим временам, экзотика, как ореховое варенье. Продавали его в пол-литровых стеклянных баночках (пластик войдёт в моду ещё не скоро), с этикеткой, на которой красовались три сочно-зелёных ореха. Именно в кожуре, ведь так его готовят, целиком, из не достигших полной зрелости плодов. Само варенье имело коричнево-янтарный цвет, а вкус… Его не опишешь словами, однако современные любители этого лакомства называют его «уникальным, богатым, сладким, с пряными нотками и лёгким карамельным оттенком». Одно знаю твёрдо: я его обожал. Теперь вот узнал, что ореховое варенье здорово укрепляет иммунитет, защищает от сезонных простуд и вирусов, содержит растительные антибиотики фитонциды и природные антиоксиданты флавоноиды. Процесс его приготовления довольно долгий и сложный, но если у нас когда-то производили его в промышленных масштабах, значит могли себе позволить.

В рейтинге соков моего детства на вершину я бы, как ни странно, поставил берёзовый – экзотический для наших краёв, но свободно продававшийся в универсаме в трёхлитровых бутылях (этикетку, увы, запамятовал). Зато вкус помню отлично: тонкий, сладковатый, как-то особенно освежающий – наверное, такова на вкус ранняя весна в средней полосе, где его традиционно собирают как раз в пору таяния снегов, когда у берёз начинается сокодвижение, называемое «плачем берёзы». Учёные утверждают, что основная ценность берёзового сока – насыщенность марганцем, который укрепляет иммунную и нервную систему, помогает сбалансировать половые гормоны и, являясь антиоксидантом, защищает тело от старения.

Что касается напитков – да, достать хороший чай или кофе в те времена было сложновато, а вот выбор сладких газировок радовал разнообразием: «Дюшес», «Буратино», «Байкал», «Тархун», «Фригушор», «Ситро», «Крюшон». А ещё у многих, в том числе у меня, на кухне выращивалось в банках некое таинственное существо, называемое чайным грибом. Его не продавали в магазинах, а распространяли, как бы сказали сейчас, сетевым способом, из рук в руки. На вид этот древний, пришедший из Китая симбиоз дрожжей и бактерий напоминал студень, а на вкус – что-то вроде кислого кваса. Если китайская народная медицина ценит чайный гриб исключительно высоко, то европейская наука относится к нему со сдержанным скептицизмом. Кому больше верить – решайте сами. Мы, советские дети, пили «сок» чайного гриба охотно, но без фанатизма. В отрочестве мечтали о «заморских» пепси, фанте, кока-коле. Что ж, пришли иные времена, и мы ими напились, как говорится, по самое «не хочу». А вот чего бы реально хотелось – вновь ощутить неповторимые, волшебные вкусы детства. Далёкие и незабываемые.

Леон Полевой.

Фото из открытых источников.

Газета №20 (7891) от 7 февраля 2026 г.

С моим отцом, журналистом, написавшим в 1991 году книгу «Ваши друзья – волнистые попугайчики», рассчитались натурой. Мы эти книжки в семье так и называли: «попугайчики». Тираж – 200 000 экземпляров. Не знаю, какая его часть досталась отцу, однако могу твёрдо сказать, что в папином гараже «попугайчики» располагались штабелями. Десятки, а может, и сотни упаковок…

С детства я помню эти тоненькие книжечки с призрачным светло-зелёным Кешей на кумачовом фоне. Когда попугайчики родились, мне было восемь лет. В аннотации папа писал, что работа первая в серии «Братья наши меньшие». Замыслу не суждено было осуществиться: в том же году Союз распался, с ним на долгие годы пропал интерес к научно-популярным изданиям. И всё же, по сути, попугайчики стали моими младшими братьями, мы росли вместе.

Вместе ездили на побережье Чёрного моря, где доживал век «Консервщик», база отдыха завода им. 1 Мая – путёвки давали чисто по инерции; вместе отправлялись со станции Каролино-Бугаз на электричке в Белгород-Днестровский или в Одессу, где папа ходил и предлагал книги на птичьем рынке. Спрос был не так чтобы. Люди в 90-х особо не задумывались, как научить говорить попугайчиков, все думы о хлебе насущном. И пускай автор, судя по отзывам, неплохо справился, глобально ситуацию это не меняло: разбогатеть на попугайчиках нам было не суждено.

К слову об отзывах. Я сильно удивился, когда нашёл упоминание о книге в глобальной сети. Помню, один человек писал, что «автору удалось постичь психологию волнистых». Это высокая оценка. И дело не в том, что психология – наука гуманитарная. Просто отец, насколько мне это известно, никогда сам попугайчиков не держал. У нас дома были собаки, хомяк был, но попугайчики – только в виде книг. Значит, он профессионально, прочувствованно подошёл к задаче.

Отец любил природу; бабушка преподавала биологию, в доме скопилась обширная литература. Но превыше всего, разумеется, любовь. Просто для примера, чтобы прочувствовать стиль: «Приручая птицу и обучая её разговору, приобретёте массу полезных навыков. А главное – обогатите сердце основным качеством – добротой, без которой человек разумный теряет право называться Человеком, превращается из вершины творения в самое страшное и никчёмное животное, окрещённое метким и бескомпромиссным словом «нелюдь».

Пассажи о человечности – то, во что папа верил! – а заодно и советы по уходу становились неактуальными. Ума не приложу, как только в период стихийного капитализма удавалось пристраивать «друзей». Знаю, что для него, всю жизнь проработавшего в газете, любые торговые операции были сущей каторгой. Юлий Николаевич в мыслях не держал сменить или продать хотя бы стоявшую в гараже «копейку». Но тут, с учётом, что зарплаты бюджетникам платили копеечные, преодолел себя и вынужденно ездил в Одессу и Кишинёв. Иногда возвращался, как и уезжал, с двумя сумками, наполненными книгами. Но иногда – о чудо! (отец был атеистом) – на нашем столе появлялись деликатесы в виде того же колбасного сыра или какао, чей вид и вкус уже начинали забывать.

В моих глазах он совершил подвиг. Самый большой, на который только способен автор, предельно далёкий от взаимоотношений по схеме «купи-продай». Ради нас с мамой папа стал «продавцом», что и помогло продержаться. «Попугайчики» волшебным образом не переводились. Упаковки с волнистыми обнаруживались всюду в тесной однокомнатной и в гараже. Мне очень стыдно, но, после того как папы не стало и я стал заниматься недвижимостью, большую часть нераспакованных брикетов пришлось сдать в качестве макулатуры. Только я знаю, насколько тяжело дался этот шаг. Тем более что отец со своими «друзьями» волей-неволей предопределил мою семейную жизнь.

Когда мы с будущей женой познакомились, Лена сказала, что очень любит животных. Но, поскольку снимает квартиру, с разрешения хозяйки вынуждена ограничиться попугайчиками. Ваш покорный слуга увидел в том перст судьбы и тут же весело сообщил, что «у меня лично полный гараж и квартира этих самых попугайчиков, ну прямо как гуталина у дяди Матроскина на гуталиновой фабрике».

А девушка поняла на свой лад. Много позже супруга призналась: тогда вообразила меня эдаким Джеральдом Дарреллом в окружении волнистых и влюбилась… Так и видела, как молодой человек широким жестом распахивает ворота гаража, а оттуда, словно бы из джунглей, выпархивают «изумруды тропиков» – такое придумал отец название. Романтично, не правда ли?

Николай Феч.

Фото из архива автора.

Газета №10 (7881) от 24 января 2026 г.

Не нашлось времени и рассмотреть семейные фотографии прошлых лет, которые загодя подготовил глава семейства, разложив их на журнальном столике. На снимках внучки могли бы увидеть свою маму в детстве – Снегурочкой, молодых бабушку с дедушкой. А одна фотография была и вовсе уникальной: на ней мальчик и девочка в костюмах Красной Шапочки и Серого Волка на школьном новогоднем утреннике. Тем мальчиком, как выяснилось позже, был не кто иной, как сам Николай Иванович Комаров – тогда просто Коля, ученик пятого класса. Рядом стояла девочка Света Смирнова – так было выведено детским почерком на обороте снимка. Дедушке очень хотелось, чтобы эту фотографию обязательно увидели внучки: ей было ни много ни мало полвека. Поэтому он положил её сверху, отведя особое место.

Дети улетели, прислали сообщение, что благополучно приземлились в Египте. Комаровы успокоились, но тут случилось то, чего никто не ожидал. До встречи Нового года оставалось два часа, и Николай Иванович, чтобы занять себя, вышел во двор – убрать с дорожки выпавший снег. Лопатой махал недолго: внезапно закружилась голова, во рту пересохло. Он поспешил измерить давление – тонометр показал 190 на 80.

Жена захлопотала, укоряя супруга: мол, наверняка выпил лишнего с зятем «на дорожку», да и зачем было браться за лопату. Нужных лекарств дома не оказалось, и она строго велела Николаю Ивановичу прилечь на диван и принять валерьянку. Надежда, что давление упадёт само , не оправдалась: через полчаса прибор показывал уже 200. Требовалась срочная медицинская помощь.

«Скорую» ждать долго не пришлось – бригада оказалась неподалёку. Доктор, немолодая строгая женщина, сразу взялась за дело: измерила давление, уточнила возраст пациента, работает ли он или на пенсии, расспросила о жалобах… Она предложила положить под язык таблетку, а медсестре – сделать необходимый укол.

Доктор подробно объясняла, как вести себя в таком состоянии, и, напуганный внезапным недугом, Николай Иванович старался не упустить ни слова. В какой-то момент он заметил, как врач задержала взгляд на старой фотографии, лежавшей сверху других снимков на журнальном столике.

Она словно хотела взять её в руки, что-то сказать, но к ней обратилась медсестра, и разговор ушёл в сторону. …На прощание доктор строго наказала выполнить все рекомендации и после праздников обязательно записаться к кардиологу. На всякий случай она попросила номер телефона, чтобы позже узнать о самочувствии пациента.

– Какая внимательная и приятная женщина, – с чувством сказала жена Николая Ивановича. – Все бы врачи такими были. А тебе, Коля, я давно говорила: береги себя и почаще заглядывай в паспорт.

Доктор действительно позвонила – уже через час после наступления Нового года. Справившись о состоянии больного и услышав в ответ бодрый голос, она сказала:

– А мы, уважаемый Николай Иванович, оказывается, знакомы давно – ещё со школьных лет. Это ведь мы с вами на той самой фотографии: я Красная Шапочка, а вы Серый Волк. У меня такой снимок тоже сохранился. Я буквально на днях внучке его показывала. С Новым годом вас! И не болейте.

Александр БОРИСОВ.

Фото сгенерировано ИИ.

Газета №244 (7870) от 27 декабря 2025 г.

А вы знали, что Дед Мороз существует при любом раскладе. Вот и в Писании сказано: «По делам узнаете их». Но если есть «дедморозовские дела», стало быть где-то обретается он, добрый волшебник, пускай и с бородой из ваты. Кто знает, может, под ней, под ватой, скрывается окладистая, настоящая борода, как у святого Николая. Ну или папина кустистая, с лёгкой проседью…

Ариша написала письмо таинственному доброхоту. Это было, заметим, не вполне обычное письмецо. Не про велосипед, новую модель айфона, не про электросамокат. Настолько необычное, что когда мама с папой прочли, долго-долго смотрели друг на друга: «И это в пять лет? Она же ребёнок!».

Мы с вами люди взрослые и понимаем: иногда (крайне редко, но всё же бывает) дети загадывают Морозу сестрёнку или братика, а то и обоих сразу. Задача, словом, для Деда непростая. И, однако, при благоприятных обстоятельствах вполне посильная. Так вот Ариночка не заказала ни сестрёнку, ни братика. Она написала: «Я хочу встретить Новый год с моими крёстными».

Попросила об элементарном, куда проще! Но тут следует знать подноготную. Да и напрашивается вывод: кабы всё было так легко, не променял бы ребёнок большущую куклу с роскошными золотыми волосами на застолье с родственниками. Всё равно папа с дядей Валей выйдут курить или модели автомобилей начнут обсуждать. Но она попросила, даже зная всё это. Что само по себе следует признать фактом чрезвычайным.

Примерно год назад школьные друзья, Дед Мороз и святой Валентин, «побили горшки». Что-то они там не утрясли на автомобилестроительной ниве, и как раз невольной свидетельницей конфликта стала Ариша (он, конфликт, и произошёл на детской площадке).

Сердце ребёнка разрывалось. Как ни старалась малютка, никак не могла сообразить, что же такого там стряслось, пока она Мальвину укачивала, и почему папа с крёстным, которого она так любит и который ей такой замечательный набор посуды подарил, а потом еще любимого героя из «Смешариков», страшно ругаются, с такой злостью смотрят друг на друга…

Знали бы вы, как воспринимают дети наши размолвки, все эти домашние сцены. На их глазах рушится всё, расползаются материки, исчезают тектонические плиты. Ужас усугубляется непониманием природы надвинувшейся бури – непонятное и пугает больше всего. Кроме того, маленькому человеку приходится выбирать: кому посочувствовать, на чьей остаться стороне? А если выбор осложнён любовью к обоим? Так они, ангелы, не познавшие клыков и когтей мира сего, попадают в кромешный ад. Потому дети и выступают первыми миротворцами, призывающими поскорее заняться спасением утопающих.

Ариша пребывала в этом кошмаре ровно год, вновь и вновь спрашивая отца, почему они перестали ходить в гости к крёстным. А в декабре, когда стали собирать письма, написала своё, загнавшее отца в угол. Легко сказать: пригласи. А если было сказано так много? Слово не воробей. Не позвонишь просто так, не скажешь: «Заходите, милости просим!».

Ну, не знаю, может, со стороны это и кажется пустяком, но Деду, пусть он и волшебник, пришлось нелегко, ой, как нелегко. В итоге Дед подарил Арише новые санки, не найдя оправдания лучше: «Что? Крёстные? Видимо там, на почте, письма перепутали…». Снег, увы, в ту зиму так и не выпал. Ариша сказала папе, вздохнув: «Я думала, Дедушка Мороз настоящий…».

Это было крайне болезненное для самолюбия Деда замечание – подумать только, услышать такое от дочери! И он стал собираться с духом. Бодрился, настраивался ещё год. Лучше позже, чем никогда. Наконец всё-таки позвонил куму. Так и сказал: «Прости, кум!». Ни больше ни меньше. И услышал в ответ: «И ты меня прости, Дед».

На том и порешили. О, как же была Ариша рада видеть крёстных за праздничным столом! Все вместе, вся семья – как раньше! Незаметно шепнула папе: «А я знаю, что это Дедушка Мороз постарался. Передай ему большое спасибо за то, что нашёл старое письмо. Но вообще-то я в этом году роликовые коньки заказывала».

Потом, когда стали смотреть подарки, нашлись и коньки. Их подарил, вообще-то, святой Валентин. Но об этом история умалчивает.

Пётр Васин.

Фото из открытых источников.

Газета №244 (7870) от 27 декабря 2025 г.