В отличие от давным-давно одомашненной человеком медоносной пчелы (Аpis mellifеra) одиночные пчёлы семейств Megachilidae или Apidae отличаются «индивидуалистическим» образом жизни. Огромная масса разделённых на касты рабочих пчёл, обслуживающих одну производящую матку-царицу, нужные только для её оплодотворения самцы-трутни, безжалостно выгоняемые из улья после спаривания, – всё это не про них. Пчёлы-осмии или пчёлы-плотники – насекомые не общественные, у них каждая оплодотворённая самка строит собственное маленькое гнездо: либо выгрызая ходы в старой древесине, либо роя их в почве, либо используя полые стебли засохших растений, например, камыша. Там, в укромных отверстиях, они откладывают яйца, оставляя для пропитания будущим личинкам припасённую смесь из пыльцы и нектара. Мёд одиночные пчёлы не производят – эта сладкая и питательная «роскошь» необходима лишь «общественникам» с одной-единственной целью – выживания колонии в зимний период. Пчеловодство прошло долгий путь, пока люди научились извлекать излишки мёда из ульев относительно безопасным способом – как для себя, так и для самих пчёл, научились создавать им комфортные условия, подкармливать и, при необходимости, лечить от болезней и защищать от вредителей.

Но зачем тогда людям понадобились пчёлы-одиночки? Во-первых, они превосходные опылители, благодаря обильным волоскам собирающие нектар всем телом, наподобие шмелей. Также, не имея инстинкта защиты улья и нападения роем, одиночные пчёлы, хотя теоретически могут ужалить, практически безопасны для людей из-за своей минимальной агрессивности. Так что, если встретите крупную, блестяще-фиолетовую, басовито гудящую на лету пчелу-плотника – не пугайтесь, её грозный вид обманчив.

Наиболее перспективны и популярны среди садоводов одиночные пчёлыосмии – более мелкие и неприметные, но неутомимые, почти в любую погоду активные труженики, способные реально повысить урожай на маленьком приусадебном участке или в большом коммерческом саду. Их используют даже зимой, в теплицах. В некоторых странах уже появились целые промышленные пасеки по разведению этих пчёлок, состоящие из тысяч гнездовых трубок – полых стеблей камыша или других растений, заготовленных зимой. Ульи для осмий выглядят непривычно, вместо одного большого отверстия они содержат множество малых. Прямо как отдельные комнатки в отелях. Специалисты говорят, что содержать такие ульи намного проще, ведь одиночные пчёлы, в отличие от медоносных, в своём жизненном цикле прекрасно обходятся без посторонней помощи, они были и остались «автономными» от человека. К сожалению, экологические вызовы и изменение климата привели к повсеместному сокращению их численности, а если учесть кризис современного пчеловодства, нехватка опылителей сельскохозяйственных растений становится весьма актуальной проблемой. Для поддержания экологического баланса вообще необходимо поддерживать природное разнообразие, существенной частью которого являются дикие пчёлы. В свете вышесказанного «отель для одиноких пчёл» кажется уже не романтической причудой, а полезной и нужной инновацией.

Леон ПОЛЕВОЙ.

Фото из открытых источников.

Газета №198 (8069) от 24 октября 2026 г.

Увы, нынешняя сухая осень не предвещает любителям «тихой охоты» изобилия грибных трофеев, хотя ещё в сентябре грибники севера республики радостно выкладывали в соцсети корзинки, полные маслят, вёшенок, шампиньонов и печёночниц. Но поскольку внезапно начавшиеся дожди столь же резко прекратились, продолжение «банкета» отложено на неопределённый срок – возможно, на следующую осень, да и то если повезёт. Грибы любят гармоничное сочетание двух факторов – тепла и влаги, а у нас, как известно, первого в избытке, а второго чересчур мало.

Всё познаётся в сравнении. Исторически в молдавской кухне грибы не играли значительной роли, являясь разве что приятным дополнением к овощам, выпечке, мамалыге, мясу. Пожалуй, трудно найти столь же «микофильную» (гриболюбивую) культуру, как русская, во всём – от повседневного стола до фольклора и литературы. «Если бы да кабы, да во рту росли грибы!», «Назвался груздем – полезай в кузов», «Ешь пирог с грибами, а язык держи за зубами» – лишь малая часть «грибных» русских пословиц и поговорок. Полной противоположностью выступает англосаксонский «микофобный» мир – там грибы прочно ассоциировались исключительно со всякой нечистью и тёмным колдовством.

Вообще-то грибы окружают нас везде, большинство из 150 тысяч известных на сегодня видов не разглядишь без микроскопа, съедобных же описано около 2000 видов, из них примерно 300 собирают в постсоветских странах. Гриб-зонтик пёстрый, обыкновенный и полевой шампиньоны, луговой опёнок и некоторые виды дождевиков растут на открытых пространствах, но большинство «элитных» грибов всё-таки предпочитают леса, в первую очередь хвойные или смешанные. Именно поэтому попавшие на марки маслята и рыжики многочисленны в тех районах, где есть сравнительно большие сосняки – Каменском, Рыбницком, отчасти Дубоссарском и Григориопольском. Но не только там: наш корреспондент Муза Гончарова с детства ходила за маслятами в сосновые посадки на возвышенностях в окрестностях Бендер, а когда работала библиотекарем в суровые девяностые годы, собирала эти вкусные грибы даже в сосновой аллее на тихой бендерской улице Пушкина. Для лиственного Кицканского леса более характерны разные виды рядовок и опят, вёшенки и шампиньоны, а ранней весной некоторые грибники собирают на лишь им ведомых укромных полянках сморчков конических – диковинные на вид грибы, вкусные, но безопасные только после термической обработки. Осенью в том же лесу встречаются и ярко-жёлтые лисички, ценимые за отменный вкус ещё древними римлянами. Полулегендарные свидетельства о наличии где-то на пространстве между Тирасполем и Кицканами (равно как и в других лесах ПМР) белых грибов директору издательства «Марка Приднестровья» Всеволоду Лаврентьеву точно подтвердить не удалось. «Поэтому мы, соблюдая честность, не решились поместить этот царский по вкусовым качествам гриб на марку», – отметил он.

Местной сенсацией недавних лет стала находка «золотых грибов» лесником обхода «Каменный» Григориопольского района. В 2021 году Алексея Ивановича даже окрестили «самым богатым лесником республики», в чём есть доля правды. Гурманы в элитных ресторанах «от Парижа до Нью-Йорка» платят за них баснословные суммы в евро и долларах. По словам лесника, как-то он и его супруга пошли в обычный поход за шампиньонами и лисичками и случайно наткнулись на… трюфели! Без специально натренированных «поисковых» свиней, без собак породы лаготто-романьоло, без всякого плана – просто так, сразу даже не поняв, какое сокровище (кстати, невзрачное на вид) попало им в руки. Увы, капитала эта «нечаянная радость» не принесла. Ценность трюфелей во многом обусловлена редкостью и непредсказуемостью их находок в дикой природе, невозможностью заготовить впрок с сохранением уникального вкуса, равно как и выращивать их «на поток», вроде шампиньонов или шиитаке. Так что поели трюфелей сами, угостили друзей – и на том спасибо! Ведь коммерциализация в конце концов убивает любое чудо.

В дождливом сентябре 2024 года в местных СМИ появились сообщения о сразу нескольких необычных находках – в окрестностях Тирасполя, Бендер, а также в Рыбницком районе. Люди фотографировались с большими белыми шарами в руках, весом до трёх килограммов. Специалисты выяснили, что это кальвация гигантская, гриб-рекордсмен из рода головач семейства шампиньоновых. Съедобный в молодом возрасте, этот гигант появляется так же редко и непредсказуемо, как трюфель. За это, а также за свою округлую форму данный гриб ещё называют «метеорным». Да и вообще в грибах всегда есть какая-то доля «магии», «потусторонности» – не растения, не животные, а какие-то особенные существа, хранящие ещё много неразгаданных тайн.

Олег Соснин.

Фото из открытых источников.

Газета №188 (8059) от 10 октября 2026 г.

К счастью, от такой варварской многовековой традиции обращения с животными современные зоопарки отошли очень далеко. В лучших из них минусы неволи удалось свести к минимуму, зато плюсы (регулярное правильное питание, защита от инфекций, безопасность и т.д.) делают жизнь самых разнообразных животных в целом гораздо более комфортной, чем в дикой природе. Кроме того, зоопарки всё больше становятся подспорьем, иногда даже последним убежищем для редких вымирающих видов. Ну и, разумеется, они серьёзно работают над просвещением посетителей, хотя и развлечения в них никто не отменяет.

Ярким примером передовых достижений в своей области служит зоопарк города Оснабрюк (Германия), где мне недавно посчастливилось побывать. Площадью 23,5 гектара, удачно и продуманно вписанный в природный холмистый ландшафт, он по праву известен и популярен далеко за пределами своей страны, как магнитом притягивая многочисленных туристов. Неспешно прогуливаясь по его многоуровневым дорожкам, можно увидеть в максимально приближенных к естественным условиях, примерно 300 видов животных – от слонов, львов, тигров, волков, медведей, тюленей, жирафов, носорогов, буйволов, антилоп, росомах, горилл, шимпанзе, орангутангов, северных оленей, верблюдов до экзотических птиц, рептилий, рыб и даже насекомых. Впрочем, как в сказке Пушкина, на «неведомых дорожках» Оснабрюкского зоопарка встречаются и совсем «невиданные звери», а именно: динозавры. Да, уже прямо у входа вас встречает громадный (в натуральную величину) трицератопс – рогатое бронированное чудовище из мелового периода мезозойской эры. Механизм внутри позволяет этим жутковато правдоподобным муляжам не только совершать движения, но и периодически издавать не слишком громкий, но отчётливый, с присвистом, рёв (примерно так могли звучать живые динозавры).

Вообще Оснабрюкский зоопарк оформлен весьма креативно, затейливо. Павильон «Ангкор-Ватт» с бенгальскими тиграми, например, украшают буддийские статуи. В африканской зоне «Тауберланд» расположена целая мини-деревня с деревянными хижинами, причудливыми скульптурами и как бы ритуальными «дикарскими» масками. А какое разнообразие скал, озёр, ручьёв, рукотворных водопадов, мостов, туннелей! Просторно и уютно, красочно и увлекательно, особенно для детей, коих среди посетителей всегда много. Горки в форме жирафов, лабиринты в виде змей, прочие стилизованные аттракционы – ребятне всех возрастов есть где разгуляться, пока родители потягивают кофе или чай, перекусывая поблизости, за столиками под деревьями. В относительно небольшом городе такой зоопарк – лучшее место, чтобы всей семьёй нескучно провести хоть весь день, совмещая приятное с полезным. Кстати, многие из здешних диких «звёзд первой величины» имеют собственные имена и истории, с которыми можно ознакомиться.

Лично меня в мире природы всегда живо интересуют и восхищают «мелочи». Поэтому завораживающее впечатление произвело «Подземелье» – тёмный пещерный туннель, где за стёклами среди скал в атмосферно «готическом» ультрафиолетовом освещении носятся целые стаи летучих мышей, копошатся уникальные африканские грызуны, никогда не выходящие на свет, – голые землекопы, кротовые крысы, пескорои. Среди множества диковинных созданий тропического павильона более всего поразил меня огромный муравейник, населённый полноценной многотысячной (или миллионной) семьёй-колонией крупных южноамериканских муравьёв-«фермеров». Эта разновидность для своего пропитания выращивает особые грибы на обгрызенных листьях, в специальных подземных камерах. В Оснабрюкском зоопарке можно наблюдать весь сложный процесс круглосуточно, без праздников и выходных длящийся в муравьином «городе» или, если угодно, «на фабрике». Живые растения, вода, канаты для передвижения – это предоставлено людьми, ну а всё остальное, необходимое им для жизни, муравьи производят сами. В зоопарке они настолько автономны и самодостаточны, что даже ничем особо не огорожены! До любопытных зрителей и прочих посторонних факторов им нет никакого дела. Фактически изобретя земледелие за сотни миллионов лет до нас, хомо сапиенсов, эти носители единого коллективного разума продолжают заниматься своими делами. Вершина эволюции насекомых, альтернативная цивилизация! Право, перед таким чудом природы у человека есть повод для философских раздумий…

В завершение хочется упомянуть маленький, скромный, на первый взгляд ничем не примечательный участок Оснабрюкского зоопарка, с виду напоминающий слегка запущенный сад или огород. На самом деле это образец экологического земледелия, где все элементы и методы хозяйствования максимально натуральные, щадящие, где есть место биологическому разнообразию, одним словом, где человек позволяет торжествовать жизни. Возможно, это утопия, но, по-моему, привлекательнее и добрее большинства других утопий.

Леон ПОЛЕВОЙ.

Фото автора.

Газета №173 (8044) от 19 сентября 2026 г.

Иногда ранним утром сад сам присылает тебе приглашение – звуковое, когда с крыши падают капли росы, скопившейся там за ночь: летом такое случается редко. Или ароматное: запахом прелой листвы, впорхнувшим в распахнутое окно, вдруг напомнив о начале осени. Хотя до листопада ещё далеко, он длится всего пару мгновений – и исчезает. Словно его и не было. Словно ожившее и тут же погасшее воспоминание. Но этого достаточно, чтобы вызвать меня в сад, который уже явно не тот, что летом. Хотя на первый взгляд в нём мало что изменилось, но сами свет и воздух стали чуть другими: прохладнее, свежее, даже тише. Несмотря на буйство вербены бонарской и перовскии, на усилившееся цветение космеи и повторное цветение лаванды, на великолепие злаков и начинающие распускаться очитники – даже на сильном ветру сад этой поры кажется тихим.

Потому что это не внешняя, а внутренняя тишина. Сад будто вслушивается в самого себя, в те изменения, которые начинают в нём происходить с началом осени. Ещё почти незримо, неуловимо – наверное, так, как ощущают это птицы, насекомые… Не разумом, не по приметам, а всем своим естеством.

И мы тоже улавливаем состояние этой немного удивлённой тишины, невидимого перехода. Также пришло время подводить итоги знойного, засушливого, жестокого лета – иного у нас, увы, нынче не бывает. Но есть и хорошие новости. Например, в августе наконец-то тронулись в рост три молоденьких кипариса. Это сразу закрепило их позицию, и сад стал весомее. Пока еще не зрительно, на уровне ощущения и тихой радости: новое место жительства ими «одобрено и принято». Кажется, так же «решила» и аукуба, которая плохо перенесла свою первую зиму, потеряв почти все листья. К лету, после их удаления, нарастания новой листвы не произошло, наоборот – оставшаяся часть стеблей почернела до самого низа, так что пришлось и их обрезать. У самой земли, непосредственно над корнем, были видны крошечные живые почки, но я уже не особо на них рассчитывала. Я уже мысленно «отпустила» растение, но во второй половине лета оно неожиданно выпустило новую розетку листьев, которая в августе увеличилась настолько, чтобы подарить и новую надежду.

На неизбежные потери в саду я теперь смотрю более философски. Что-то случилось с моим взглядом этой весной, после того как стало понятно, что придётся расстаться с сиренью и церцисом. После того, как пропали первая магнолия и каликарпа, и калина лавролистная. Мне не стало безразлично, но я чувствую спокойствие. И это удивительное чувство, похожее на взросление – не годами, а душой. И кажется, будто сад взрослеет вместе со мной. Знакомо ли вам такое? Это трудно объяснить словами, но сад словно тоже становится более зрелым, уравновешенным. Что-то теряя, он остаётся собой. И те, кого он принял (или те, кто принял его), обретают чуть больше самостоятельности. Необыкновенную нежность вызывают растения, сами выбравшие мой сад: те, что я специально не сажала. Или которые сажала так давно, что успела забыть, когда это было. А они вдруг взяли – спустя столько лет! – и появились.

Итак, лето закончилось, но это не повод для грусти. Ведь наступает одно из самых комфортных времён года в условиях нашего юга. Впереди, например, посадка тюльпанового дерева и древовидного пиона, которые помечены ленточками с моим именем и ожидают в питомнике ботанического сада своего переселения ко мне. Впереди ещё много красивого и интересного.

Оксана РУССУ.

Фото автора.

Газета №167 (8038) от 11 сентября 2026 г.

Прямо из середины потрескавшегося, почти сгнившего пня пробилась молодая виноградная лоза. Тонкий зелёный побег появился там, где, казалось бы, уже не должно было остаться ничего живого. Лоза тянется вверх, выпускает новые листья и цепляется за установленную рядом опору, стремясь к свету.

Конечно, виноград не мог вырасти из самого тополя. Скорее всего, рядом сохранился корень или когда-то появился молодой побег виноградной лозы, который со временем пробился через трещины древесины. Возможно и другое: виноградную косточку обронила птица или случайно оставил кто-то из отдыхающих. Теперь установить это уже невозможно. Но от этого маленькая история не становится менее удивительной.

Старый пень постепенно уходит в землю, а молодая лоза использует его как опору и продолжает расти. В природе такое случается: одно растение заканчивает свой путь, а на его месте появляется новая жизнь. И в этом есть своя простая, естественная закономерность – ничто не исчезает бесследно.

Что будет с лозой дальше? Если её не повредят и дадут ей возможность расти, тонкий побег со временем может превратиться в настоящий виноградный куст. Возможно, через несколько лет здесь появится густая зелень, а затем и первые гроздья. Тогда у старого пня появится новая история – уже не о дереве, а о растении, которое однажды пробилось к свету сквозь отжившую древесину.

Те, кто заметил лозу, предлагают защитить её: поставить вокруг пня небольшое ограждение и установить табличку, чтобы побег случайно не повредили. Такая забота была бы вполне уместной. Ведь иногда для сохранения чего-то хрупкого достаточно совсем немного – просто обратить на это внимание.

Хочется верить, что прохожие будут замечать эту маленькую природную историю и относиться к ней бережно. Иногда стоит лишь остановиться на минуту и посмотреть внимательнее: среди привычного пейзажа можно увидеть нечто удивительное. А молодой побег, пробившийся из старой древесины, напоминает о простой вещи – жизнь умеет находить дорогу даже там, где её уже не ждёшь.

И невольно вспоминаются строки известной песни о виноградной косточке: «Зачем на земле этой вечной живу?» Возможно, один из ответов совсем рядом – чтобы замечать, беречь и оставлять после себя место для новой жизни.

Александр ОЛЬГИН.

Фото автора.

Газета №155 (8026) от 22 августа 2026 г.

Там, высоко над землёй, уже много лет белеет большое гнездо. И если в нём снова появились аисты, значит, жизнь продолжается. Всё идёт своим чередом. Эта парочка пернатых безошибочно находит своё гнездо, выводит птенцов и учит их летать. За этой трогательной семейной историей наблюдают многие дубоссарцы.

А фотохудожник и большой друг природы Аурика Руснак сумела увидеть в ней не только красоту живой природы, но и глубокий символ:

– Вот уже несколько лет подряд с приходом весны к туркомплексу прилетает одна и та же пара белых аистов. Они неизменно занимают своё гнездо, свитое на старом дереве, где когда-то для них заботливо закрепили колесо – как делали наши деды и прадеды. Раньше почти возле каждого сельского дома старались оставить для белокрылых птиц место. Люди верили: если они выбрали именно этот дом, значит, в нём живут с добром, в мире и согласии.

Наверное, неслучайно аисты выбрали «Днестровский сад». Ведь сюда приходят с самыми важными событиями жизни. Здесь звучит свадебная музыка, собираются на семейные торжества, отмечают праздники, встречаются друзья, вспоминают тех, кого уже нет рядом. Здесь умеют радоваться, ценить жизнь и беречь добрые традиции.

Аисты тоже удивительно постоянны. Они создают одну семью на долгие годы и всегда возвращаются к своему гнезду. Наверное, поэтому во многих странах их считают символом любви, верности, семейного счастья и благополучия.

Каждую весну весь город с радостью ждёт их возвращения. Мы следим, когда прилетят родители, потом – когда в гнезде покажутся маленькие пушистые головки, а затем наблюдаем, как птенцы делают первые неуверенные шаги и готовятся к первому полёту.

В этом году природа преподнесла настоящий сюрприз: у нашей пары появилось сразу четыре малыша. Не один, как бывало раньше, а сразу четыре! Сейчас они уже почти взрослые, и один из них недавно впервые решился подняться, перелетев на край крыши. Совсем скоро расправят крылья и остальные.

Сегодня мы все бесконечно тревожимся о будущем, переживаем за родную землю, всматриваемся в последние новости и ищем ответы на сложные вопросы. Но, может быть, иногда стоит замечать и другие знаки. Может быть, неслучайно аисты уже много лет выбирают именно это место, где царят мир, дружба и взаимопонимание. Может быть, их верность своему дому – это напоминание и нам беречь свой.

Инна ВЛАДА, г. Дубоссары.

Фото: https://www.zaryapmr.ru

Газета №145 (8016) от 8 августа 2026 г.

Анжела объяснила нам, что купить лошадь – это очень и очень недёшево. И поэтому они с сестрой «создают» их себе сами: за всё время существования «Аллюра» здесь родились 17 жеребят. Некоторых они оставляли в клубе (Дилемму, Форпоста, Танго), других, подготовив, обучив, продавали, если находился достойный покупатель. Но последние семь лет возможности «заводить» жеребят не было из-за необходимости обустройства территории. Наконец в апреле появился первый после длительного перерыва жеребёнок с пророчески звучащим именем Марафон.

Дальше марафон продолжил Оскар: месяц назад первенец появился у серой кобылы Дилеммы. Хотя ей уже 16 лет, что по лошадиным меркам немало (живут лошади 25-30 лет), но раньше эта статная красавица с густой гривой «занималась карьерой» –участвовала и побеждала во многих спортивных состязаниях. И, конечно, ей было не до детей, ведь кобыла носит малыша целых 11 месяцев, затем до полугода постоянно находится рядом с ним, и только к полутора годам жеребёнок наконец-то становится самостоятельным. И вот теперь ещё одна её «победа» – обаятельный жеребёнок Оскар (полное имя – Оскар-Декор) пока ещё неопределённой масти. Он может пойти в папу, и в этом случае после линьки поменяет свой рыжеватый жеребячий пух на вороной окрас. А может – в маму, и тогда, как и Дилемма, будет серым.

На Оскара уже надели недоуздок с привязанной к нему верёвочкой, чтобы с малышом можно было пройтись, прогуляться. Мама пока в его жизни главная, однако с месяца ему пора начинать привыкать к людям, быть ориентированным на человека и только потом на свои озорные жеребячьи «хотелки». Опытный берейтор постепенно должен обучить его всем необходимым премудростям, ведь Оскару в клубе пророчат спортивную карьеру!

Но всё это в будущем. А пока малыш каждые полчаса сосёт материнское молочко. Хотя, подражая ей, и пытается жевать мягкое вкусное сено, ведь зубки уже прорезались.

За соседней оградой мы увидели чудесную парочку – милую добрую пони Эстель и её недельного малыша Тотошку. Анжела любезно разрешила нам зайти в загон и пообщаться с пони поближе. Этель тут же подбежала к нам вплотную и по очереди ткнулась головой в каждого из нас, прося её погладить по холке. Малыш на дрожащих тоненьких ножках (сейчас вес Тотошки – всего семь килограммов) держался рядом с матерью и тоже тянул к нам свою любопытную мордочку.

Владелица клуба поделилась: «У нас было пять пони. И вот родился шестой. Через три недели мы ожидаем появления ещё одного жеребёнка». А в августе, констатирует она, родятся сразу трое. Семеро малышей – это совсем непросто, нелегко, каждый требует внимания и заботы. Но очень радостно!.. Растите большими и здоровенькими, малыши!

Алина РОССИХИНА. г. Бендеры.

Фото Виктора Громова.

Газета №130 (8001) от 18 июля 2026 г.

Есть растения, которые не перетягивают на себя внимание, но постепенно открывают свою прелесть тому, кто умеет видеть, готов наблюдать. И вот вам становится понятно мягкое перешёптывание злаков или стойкость тысячелистника, сочетающего горьковатую терпкость с жизнерадостной многоцветностью. Мощное обаяние лаванды и розмарина, придающих жаркой летней поре пикантную изюминку. Задумчивая погружённость в себя магической душицы. Кустарники и деревья, создающие надёжную основу, не стремятся поразить вас с первого взгляда. У каждого из них свой ритм, время и характер. Наверное, поэтому мой сад с каждым годом всё менее похож на коллекцию растений, он – место, где просто хочется быть. Слушать ветер, следить за игрой света и тени, замечать ускользающие от поспешного взгляда детали.

Сад – не набор отдельных растений, пусть редких и прекрасных, он – нечто большее. В нём создаётся особое пространство со своей глубиной и историей. Гармония рождается в борьбе и единстве противоположностей. Например, высокие соцветия добавляют воздуха, серебристые листья ловят свет и успокаивают слишком яркие пятна, злаки приглашают ветер прогуляться по саду. Так вечное отражается во временном, ведь сад по своей природе подвержен постоянным изменениям. Но какой-то дух, или, как говорили древние, гений местности остаётся, незримый и неизменный.

Впрочем, сад может воплощать мелодию любого стиля, например, джаз. В этой музыке есть свобода, стихийность, непринуждённая лёгкость, а вот симметрия и чёткая правильная структура отсутствуют. Джаз – как полёт бабочки, как рисунок водяных дорожек на оконном стекле под дождём. Свобода, импровизация, вдохновение. Но при этом в джазе нет хаоса, его стихия содержит определённую логику. Воплощением всего этого для меня стал красный цветник. В том, что он именно красный, а не зелёный, есть вызов. Как и в самом джазе, который когда-то возник неслыханной ранее музыкой протеста – чуждой, непривычной, странной, дикой. Красная листва в летнем зелёном саду тоже ломает устоявшиеся шаблоны, она мощно звучит аккордами бордовых, малиновых, коралловых, карминовых и прочих оттенков. Представленная не одним-двумя растениями, а целым массивом, она очень впечатляет. Впрочем, в ней мало слишком кричащих нот, она по-своему благородно-сдержанна, но именно такой джаз мне по душе. Уникальный декоративный злак императа, прозванный «красной молнией», вносит синкопические ритмы саксофона. Расцветает в июле и своеобразная садовая красавица эхинацея гибридная Carrot Cake (морковный торт). В красном «джазовом» цветнике она исполняет одну из основных партий, благодаря своим густомахровым («помпонным») цветкам ярко-оранжевого или кораллового цвета с более тёмным оранжево-коричневым центром. Неприхотливая, даже чуть грубоватая, но выразительная «негритянская» красота, не боящаяся южного солнца, устойчивая к болезням и вредителям. К тому же эхинацея – отличный медонос, привлекающий в сад пчёл, бабочек и других опылителей. Всю ту разнообразную сложную жизнь, без которой самый красивый сад останется всего лишь декорацией.

Оксана РУССУ.

Фото автора.

Газета №127 (7998) от 15 июля 2026 г.

Книга состоит из двух разделов – «Виды фауны» и «Виды флоры». А её необычность, «изюминка» – это иллюстрации, которые нарисовали сами дети в возрасте от пяти до десяти лет. Всего шестьдесят рисунков исчезающих животных и растений Приднестровья.

Вот только несколько примеров из разделов книги. … В лесных оврагах, долинах рек, в норах семьями и поодиночке живут барсуки. Активный образ жизни они ведут в сумерках и ночью. Норы с подземными ходами используются ими много лет. Весной в норах на глубине двух-трёх метров появляются от двух до четырёх детёнышей. Барсуки всеядны; питаются преимущественно животной пищей – мышами, ящерицами и лягушками, яйцами птиц, что вьют гнёзда на земле. Также в их рацион входит и растительный корм (ягоды, корни деревьев). После накопления большого количества жира животные впадают в зимнюю спячку.

Большие белые цапли, численность которых в Приднестровье невелика, гнездятся в плавнях Днестра, в труднодоступных местах на сплавинах или небольших островках. В кладке цапли обычно два-четыре яйца, насиживает которые она 25-26 дней, но сороки и вороны часто их разоряют. В настоящее время отстрел большой белой цапли полностью запрещён, что помогает восстановлению численности этого вида.

Рогульник плавающий, или иначе водяной орех, из-за осушения водоёмов и массовых сборов встречается в нашем крае очень редко. Это водяное растение с плавающими листьями, на которых образуются вздутия, наполненные воздухом. Стебель водяного ореха укореняется на дне водоёма. Цветёт орех в мае-июне, а осенью созревают плоды: одно растение даёт 10-15 плодов, внутри которых белое вкусное семя.

В заключительной главе книги представлены познавательные выдержки из легенд, интересные пословицы и загадки о редких видах, нуждающихся в особой заботе человека. Издание «По страницам Красной книги Приднестровской Молдавской Республики» предназначено для дошкольного и начального школьного возраста и, безусловно, способствует экологическому воспитанию детей.

Муза ГОНЧАРОВА.

Фото из книги.

Газета №125 (7996) от 11 июля 2026 г.

Хотя «Дом животных» лишён внешнего лоска, для его обитателей здесь стараются создать максимально комфортные условия. Важно и то, что хозяева – люди не только сострадательные, но и сведущие, их любовь к животным подкреплена опытом и знаниями. Большинство живущих здесь зверей и птиц когда-то попали в беду, их пришлось буквально спасать от неминуемой гибели, а теперь, привыкнув доверять людям, они уже не могут вернуться в естественную среду без риска быстро погибнуть. Некоторые из них к тому же в той или иной степени «инвалиды», калеки, а к таким дикая природа беспощадна. Всех, кто способен выжить на воле, супруги Маттерн впоследствии стараются выпустить. Взамен вольеры быстро пополняются новыми постояльцами, так что скучать не приходится.

Доводилось ли вам видеть вблизи пеликана? В «Animal home» такая возможность есть. Розового пеликана Петю (хотя на самом деле его оперение скорее белое) почти 4 года назад обнаружили на автозаправке возле села Малаешты. Не сразу, с большими трудностями крупную птицу удалось привезти сюда. Пеликан находился в критическом состоянии: сильно поражённая паразитами глотка, рваные раны в области шеи. Очевидно, сородичи изгнали больного бедолагу из стаи, что правильно в отношении популяции, а до участи одиночек в природе, увы, нет дела. К счастью для Пети, люди решили иначе. «Пеликан сперва не мог глотать пищу, мы около месяца очищали ему клюв от клещей, зашили глубокие раны. Птица постепенно восстановилась, теперь она вполне здорова, но сородичи его уже не примут. Пеликаны живут стаями, и теперь Петя считает своей стаей нас. Он ручной, дружелюбный, общительный, любит играть, даёт себя погладить. Потребляет до трёх килограммов рыбы в день, обычно мы покупаем ему салаку брикетами», – рассказала Валентина. Кстати, в хороших условиях пеликаны могут прожить до 35 лет.

Не менее драматична история самца косули, которого зовут Малыш. Предполагают, что в 2022 году его беременная мама каким-то образом свалилась в карьер возле Паркан. Стресс спровоцировал преждевременные роды, мать бросила новорождённого недоношенного малыша одного, а местные жители обнаружили несчастного косулёнка и отправили супругам Маттерн. Малыша удалось спасти, выкормив козьим молоком. «Сейчас он здоровый, нормально развитый, вот только размерами чуть меньше нормы. Конечно, в природе эта косуля выжить не сможет», – отметила Валентина. Малыш живёт в просторном вольере, носит с зимы очередные рожки, уже костяные, острые, так что заходить к нему внутрь сейчас небезопасно. «Мы предупреждаем посетителей, но некоторые на свой страх и риск всё-таки заходят и прямо обнимаются с ним. Это возможно, если косуля в хорошем настроении, и вообще, если вы ему понравились», – говорит директор мини-зоопарка. Мы с фотографом рисковать не стали, да и время поджимало.

Молодой лебедь был доставлен из Рыбницкого района прошлой зимой, он один из многих водоплавающих птиц, что застряли в оледеневших водах Днестра. Сейчас жизнь лебедя вне опасности, однако его лапы и глаза навсегда остались больными, так что дальнейшая судьба его полностью зависит от людей. В «Доме животных» о нём точно будут хорошо заботиться. Как и о его соседях по вольеру – молодых утках-кряквах, которых совсем ещё малышами нашли в районе столичного «Лиманного рынка». Видимо, они воспитывались на протекающем рядом ручье, но что-то случилось с родителями, в итоге утята остались беспризорными. А вот вольер с фазанятами, которые совсем недавно вывелись в неволе – брошенную кладку нашли во время полевых работ. Есть в зоопарке и несколько фазанов постарше.

Отдельная тема – хищные птицы, они попадают в зоопарк регулярно. «Городская среда для них, с одной стороны, привлекательна, но при этом повышенно опасна, особенно если они решили гнездиться в черте города. Представьте, как мало шансов выжить у птенцов, когда они учатся летать, и упадут не в мягкую траву, а на какой-нибудь асфальт или плитку. Да ещё рядом кошки, собаки, дети, автомобили. Ужас!» – справедливо отметил зоореабилитолог Глеб. Он в зоопарке занимается больше всего именно хищными птицами, глубоко изучает их психологию, в том числе через пособия по соколиной охоте (любители этого интересного старинного дела до сих пор существуют). Выпустить их обратно в природу – сложный и кропотливый процесс, да и не все смогут там выжить. Вот в вольере три канюка, крупные дневные хищники семейства ястребиных, все попали сюда с переломами крыльев. Рядом живут курганник и чёрный коршун. Из ночных хищников есть две краснокнижные совы – серая и рыжая неясыти, они попали сюда, отравившись пестицидами на полях (вернее, отравленными мышевидными грызунами, за которыми совы охотятся). Очень симпатичная парочка домовых сычей, самых мелких сов приднестровской фауны.

Кроме всего вышеперечисленного, в «Animal home» живут еноты, дикобраз, хорёк, белка, сурикат, норка, кошки породы мейн-кун, швейцарская овчарка, домашние куры… Поддержание такого домашнего зоопарка, да ещё и расположенного на сложном по рельефу участке земли, обходится хозяевам дорого, забот в их жизни хватает с избытком. Но они твёрдо настроены продолжать дело, в которое верят и которое по-настоящему любят.

Олег СОСНИН.

Фото Виктора Громова.

Газета №125 (7996) от 11 июля 2026 г.