Это событие всколыхнуло всё население республики, начались стихийные митинги и протесты. Одними из самых активных участников стали приднестровские женщины, выдвинувшие идею блокировать железнодорожное сообщение на вокзалах в Тирасполе и Бендерах.

В эти дни был создан Женский забастовочный комитет во главе с Галиной Степановной Андреевой и Светланой Георгиевной Мигулей, которые ранее со своими боевыми подругами уже проявили чудеса мужества и отваги по пикетированию воинских частей 14-й российской армии с целью получения оружия для защитников республики против силовиков Молдовы, ведущих боевые действия в Дубоссарах и Григориополе, намерением которых было разделить Приднестровье и двигаться дальше на Тирасполь.

Арест руководителя ПМССР Игоря Смирнова и ряда депутатов стал одним из самых критических моментов в истории совсем молодой, ещё неокрепшей республики, входившей на тот момент в состав трещавшего по швам СССР.

О событиях в недавно провозглашённой республике тогда узнал весь мир. Приднестровские женщины круглосуточно оставались на рельсах, демонстрируя сплочённость, выдержку и стойкость. Здесь, на путях, шла своя особая жизнь. Кто только не вёл с ними переговоры: и Москва, и Кишинёв, и Киев, но участницы протеста требовали одного – освобождения захваченных патриотов. Тем временем международный скандал нарастал. В поддержку приднестровского женского забасткома выступили десятки городов и общественных организаций Советского Союза. Не выдержав мощного политического и экономического давления, власти Молдовы сдались.

Проявив высочайшую отвагу, приднестровские женщины победили. Спустя месяц «рельсовой войны», 1 октября 1991 года, Игорь Смирнов и депутаты были освобождены из кишиневского СИЗО. Дома их встречали с цветами, объятиями и слезами радости. Это был настоящий женский подвиг во имя признания и свободы Приднестровья. Сентябрьские события доказали: невозможно победить людей, объединённых стремлением к справедливости.

Эта масштабная акция стала для женского забасткома первым серьёзным испытанием, а для самого государства – второй крупнейшей политической победой с момента провозглашения. Создание комитета не было разовой акцией. Оно стало единым душевным порывом матерей, дочерей и сестёр, вставших на защиту своей земли. И впереди их ждало ещё немало славных дел.

Александр ОЛЬГИН.

Фото: https://history.gospmr.org

Газета №161 (8032) от 1 сентября 2026 г.

Памятное мероприятие началось с колокольного звона. Парадные расчёты Тираспольского юридического института, Республиканского кадетского корпуса МВД ПМР, армейских и казачьих подразделений встретили вице-премьера страны Виталия Нягу. В мероприятии приняли участие руководители органов государственной власти и управления, исполняющий обязанности министра внутренних дел Андрей Барабаш, его заместитель, сотрудники милиции, представители Тираспольско-Дубоссарской епархии, жители и гости Бендер.

У часовни образа Спаса Нерукотворного священнослужители во главе с архиепископом Тираспольским и Дубоссарским Саввой совершили молебен о российских воинах.

У Православного креста участники мероприятия вспомнили страницы боевого пути 55-го пехотного Подольского полка – одного из прославленных подразделений русской армии.

История полка насчитывает более столетия. Подольцы прошли через многие военные кампании Российской империи. Они сражались со шведами, участвовали в Отечественной войне 1812 года против наполеоновской армии, в осаде и взятии Варшавы, военных действиях на Кавказе. В годы Крымской войны защищали Севастополь, а во время русско-турецкой участвовали в Балканском походе и обороне Шипки.

Особое место в истории полка занимают Бендеры. Именно здесь подольцы встретили своё столетие. Спустя несколько лет они вновь отправились на войну – уже на Дальний Восток, приняв участие в Русско-японской кампании. По её завершении полк вернулся в Бендеры. После революции 1917 года его история завершилась расформированием.

Обращаясь к участникам памятного мероприятия, вице-премьер Виталий Нягу отметил особую роль исторической памяти. Он подчеркнул, что события прошлого можно по-разному оценивать, переосмысливать и даже пытаться переписывать, однако материальные свидетельства истории невозможно уничтожить одним решением.

В качестве примера он привёл слова старожилов о том, что камень, как бы глубоко его ни закопали, со временем всё равно выходит на поверхность. По словам Виталия Нягу, похожая судьба была и у этого места: несмотря на попытки засыпать его землёй, православные кресты вновь появлялись здесь, сохраняя память о похороненных военнослужащих.

Сегодня территория благоустроена, а у жителей Приднестровья есть возможность ежегодно приходить сюда, чтобы отдавать дань уважения воинам и вспоминать страницы своей истории.

Отдельно Виталий Нягу подчеркнул, что покоящиеся здесь военнослужащие находятся на своей земле. Многие из них родились в этих краях, здесь создавали семьи, растили детей. Поэтому память о них, по его мнению, сохранилась не только в исторических документах и памятниках, но и в поколениях людей, живущих сегодня в Приднестровье.

После литии по воинам, которую совершил архиепископ Савва вместе с духовенством Тираспольско-Дубоссарской епархии, почётные гости и приднестровцы возложили цветы к Православному и Казачьему крестам.

Церемония продолжилась у памятника Русской воинской славы. Обелиск был возведён на средства солдат и офицеров 55-го пехотного Подольского полка к 100-летию победы в Отечественной войне 1812 года. На его вершине – расправивший крылья орёл, символ воинской славы и памяти о защитниках Отечества.

К подножию памятника возложили цветы. Парадные расчёты прошли торжественным маршем, отдавая дань уважения подвигу русского солдата.

Торжественное шествие завершилось на территории Исторического военно-мемориального комплекса «Бендерская крепость». У храма святого благоверного князя Александра Невского – отважного защитника Русской земли – состоялась лития по усопшим воинам.

Память о подольцах в Бендерах живёт и сохраняется в ежегодной традиции, которая соединяет историю и современность, воинов прошлого и нынешних защитников Отечества.

Олег ФЁДОРОВ.

Фото автора.

Газета №161 (8032) от 1 сентября 2026 г.

После августовских событий 1991 года в Москве стало очевидно, что Советскому Союзу осталось недолго. В Молдове тем временем усилилось давление на приднестровских политиков. Их обвиняли в поддержке консервативного курса и сохранении союзного государства.

Власти Молдовы подготовили операцию «Невод» – план задержания наиболее активных приднестровских политических деятелей. В ночь с 22 на 23 августа молдавский спецназ арестовал и вывез в Кишинёв ряд депутатов Верховного и местных советов Приднестровья.

Ситуация требовала быстрых решений. 24 августа о государственной независимости объявила Украина. В Приднестровье знали, что аналогичный документ готовят и в Молдове.

Депутаты стремились определить дальнейшую судьбу края и, насколько это было возможно, избежать нового витка противостояния.
Заседание Верховного Совета проходило в условиях строгой секретности. В Доме Советов собираться было небезопасно: опасались провокаций и возможного захвата здания. Поздним вечером 25 августа депутаты собрались в подвальном кабинете гражданской обороны завода им. С.М. Кирова. Там и был принят документ, который определил дальнейший политико-правовой путь Приднестровья.

В Декларации говорилось: «Приднестровская Молдавская Советская Социалистическая Республика провозглашается независимым государством. Независимость Приднестровской МССР – естественное и необходимое условие существования её государственности».

Авторы документа отдельно подчеркнули демократический и многонациональный характер создаваемого государства, закрепив принцип равенства прав и обязанностей граждан всех национальностей. В качестве исторической и политико-правовой основы самоопределения депутаты указали на решение Верховного Совета ССРМ, который ранее признал незаконным образование Молдавской ССР в 1940 году без учёта мнения населения Молдавской АССР. Это решение молдавский парламент принял ещё в июне 1990 года.

Декларация также определяла территорию республики и закрепляла принцип народовластия: «единственным источником государственной власти в республике и гарантом её независимости является народ Приднестровской Молдавской ССР».

Принятый 25 августа документ впоследствии стал одной из основ для разработки первой Конституции Приднестровья.

Через два дня, 27 августа, собственную Декларацию о независимости приняла Молдова. В ней были закреплены ранее принятые решения молдавского парламента, в том числе признание незаконным образования Молдавской ССР в 1940 году.

Так август 1991 года стал одним из ключевых месяцев в истории Приднестровья. Решения, принятые тогда в условиях политической нестабильности и фактического распада единого государства, определили дальнейшее развитие региона.

По материалам пресс-службы Верховного Совета.

Фото: www.history.gospmr.org

Газета №157 (8028) от 26 августа 2026 г.

Высочайший визит совершился 165 лет назад. Безусловно, то было кульминационное событие для приднестровцев. Как писали в то время (1872 г.): «Областное дворянство, движимое чувствами беспредельной благодарности за Высочайше дарованные краю новые реформы, единодушно пожелало устроить Его Величеству приём, который мог бы послужить хотя бы слабым выражением этих чувств. Испросив на то Высочайшее соизволение, дворянство, задолго до вожделенных дней, приступило к деятельным приготовлениям».

Чувствуете стиль? Или такой пассаж: «Для бессарабцев останутся незабвенными драгоценные дни пребывания среди них Государя Императора, а собранные там войска запечатлели навсегда в сердцах своих дарованное им счастье Высочайшим смотром в Бендерах». Или: «Во всё время прогулки Государя по праздничной площади необозримая масса народа держала себя до такой степени благоговейно и тихо, что каждое слово Державного Гостя слышалось весьма отчётливо и далеко».

Таковы журналистские наброски, сделанные в 1872 году. Напомним, то был второй визит. Но и в 1861 году чувства должны были быть точно такими же. Император прибыл из Одессы в 6 часов утра. В Бендерской крепости ознакомился с её состоянием, посетил дом коменданта (им тогда был генерал-лейтенант Марцеллин Ольшевский) и провёл смотр войск гарнизона. Помимо коменданта крепости, императора сопровождал бессарабский военный губернатор генерал-лейтенант М.Л. Фантон де Веррайон, который прибыл из Кишинёва за три дня до визита. Вечером того же дня, в 19 часов 45 минут, Александр II вернулся в Одессу.

В «Кишинёвских епархиальных ведомостях» (№9, 1867 г.), выходивших тогда на двух языках – русском и молдавском, – очень трогательно читается титулатура: «Ку мила луй Думнезеу Ной, Александр Ал Доиле…» (Божьей милостью мы, Александръ Вторый). Есть в молдавском варианте что-то бесконечно родное, уютное, своё. Так и должно быть в стране, где Государь – отец народам. А отец – слово, произносимое с уважением и любовью.

Как отмечает историк Александр Тихонов, «никто из российских правителей не уделил столько личного внимания Бендерам, как император Александр II. Но он не просто бывал здесь или проезжал через наш город – Александр II прожил в нём несколько дней». Из документов, описывающих второй визит: «В первые дни сентября город Бендеры заметно оживился. Необыкновенное движение по улицам ясно указывало, что близится торжество, ещё никогда не виданное. 6 сентября генерал-адъютант Коцебу с экстренным поездом отправился в Бирзулу для встречи державного гостя. Император прибыл в 22:50.

Заблаговременно у станции железной дороги стали собираться бесчисленные массы народа, прибывшего из разных концов Бессарабии и смежных губерний. Станция осветилась сплошными рядами огней, вокруг неё и по направлению к крепости запылали смоляные бочки. Длинные экипажи стали подвозить множество лиц, желавших встретить государя. Наконец раздался свист локомотива. Над вокзалом засияло электрическое солнце, грянуло «ура».

Ровно в 22:50 Его Величество изволил выйти из вагона и принять всеподданнейший рапорт губернатора. На платформе областной предводитель вместе с депутатами местного дворянства поднесли на серебряном блюде Гостю хлеб-соль. Государь прошёл в роскошно убранные комнаты вокзала, где удостоил принять приветствие супруги начальника области с многочисленными дамами. Потом, среди восторженных криков народа, Царственный Гость проследовал в крепость. Здесь, в комендантском доме было приготовлено изящно убранное помещение. У крыльца государь принял почётный караул, рапорт коменданта и весь генералитет…».

Государь принимал в Бендерах иностранных посланников, депутации бессарабских дворян, общественность Кишинёва и Бендер, делегацию бессарабских и таврических болгар. Самодержец молился в крепостной Александро-Невской церкви. После службы проследовал на Лагерное поле, где его ожидали построенные в две длинные линии войска (смотр войск продолжался почти 1,5 часа). Кроме того, Государь наблюдал в Бендерах совершение обряда молдавской свадьбы, участвовал в народном празднике. Видел фейерверк, устроенный дворянством по ту сторону Днестра: «Едва только смерклось, обширный крепостной бульвар засиял тысячами огней, а вдоль Днестра, по обоим берегам, эффектно запылали смоляные бочки. Несмотря на то, что в крепость пускали по билетам, вся площадь её и оба берега переполнились народом».

Ну что ж, с тех пор, конечно, многое изменилось. Нет Российской Империи, нет и сменившего её Советского Союза. Но и теперь в Бендерской крепости устраивают всенародные гуляния, фестивали, знаковые торжества, связанные с историей прославленных воинских подразделений. Так что мы, приднестровцы, вправе сказать: императорский дух и теперь витает над старыми Бендерами. «Александр Ал Доиле» навсегда связал с городом своё державное, царственное имя…

Михаил ФЕРНЕТ.

Фото : https://www.virtualbrest.ru

Газета №154 (8025) от 21 августа 2026 г.

Вне всяких сомнений, «манёвр» был умело организован. Включал сразу несколько этапов – с момента героического форсирования Днестра в апреле 1944 года (что совершалось сходу, на фоне продолжающихся боёв за освобождение левобережных населённых пунктов). В дальнейшем советское командование пустило в ход все тонкости военной науки, применив умелую дезинформацию: противник был уверен, что главный удар нанесут с Шерпенского плацдарма на Кишинёвском направлении.

Итак, мы оказались одновременно тоньше и мощнее врага. В плане тактики Ясско-Кишиневскую операцию неслучайно сравнивают с битвой при Каннах. С той разницей, что советским военачальникам удалось добиться стратегического успеха.

Значение «Приднестровских Канн» было очевидно всегда. И всё же большое видится на расстоянии. С годами операция воспринимается всё более рельефно, как если бы мы разглядывали диораму. Вот возвышенность Кицканского плацдарма – тут установлен обелиск. Вот колокольня Кицканского монастыря – использовалась в качестве наблюдательного пункта. На неё для оценки обстановки поднимались маршал Советского Союза Ф. И. Толбухин, командующий 37-й армией М. Н. Шарохин. И это лишь небольшая, зримая часть панорамы.

Замысел операции предусматривал прорыв обороны противника силами 2-го и 3-го Украинских фронтов на участках северо-западнее Ясс и южнее Бендер при поддержке Черноморского флота и Дунайской военной флотилии окружение и уничтожение вражеской группировки, оборонявшейся на кишиневском выступе, развитие наступления на Фокшаны, Галац, Измаил.

2-й Украинский фронт под командованием Р.Я. Малиновского наносил главный удар на Васлуй из района Ясс. 3-й Украинский фронт под командованием Ф.И. Толбухина действовал с Кицканского плацдарма в стыке с 6-й немецкой и 4-й румынской армиями.

Когда думаешь о начале и ходе Ясско-Кишинёвской операции, невольно слышишь финал «Ленинградской симфонии», с постепенным нарастанием оркестровой мощи – от приглушённых красок раннего утра 20 августа (четыре утра, пять утра, шесть утра, семь, семь часов сорок минут…), отдельных тревожных интонаций (как всё пройдёт?) до нарастающего огневого вала (артиллерия – бог войны, и он на нашей стороне), сметающего всё на своём пути светоносного шествия…

Как это выглядело на практике? Процитируем командира 62-й гвардейской стрелковой дивизии, Героя Советского Союза Ивана Николаевича Мошляка. Он пишет: «То, что происходило утром 20 августа 1944 года, я видел в первый раз. Если полгода назад счёт орудий, принимавших участие в артподготовке, шёл на сотни, то теперь – на тысячи. Когда грянул первый залп, на какое-то мгновение мне показалось, что произошло землетрясение – покачнулась земля, всё вокруг задрожало. Одновременно с первым залпом сапёры взорвали заряды, заложенные в минные поля противника. В воздух полетели груды земли, обломки кольев, обрывки колючей проволоки. Путь для танков и пехоты был открыт.

В течение полутора часа наша артиллерия смешивала с землёй живую силу и технику врага на всей глубине обороны. Шли на юг бомбардировщики и штурмовики. Радостно было наблюдать эту картину. Однако я знал, что не все огневые точки будут подавлены, не все обороняющиеся будут убиты, не все из оставшихся в живых потеряют способность к сопротивлению. А значит, как всегда на войне, будут и у нас раненые и убитые, значит, как всегда, чтобы прорвать вражескую оборону, от бойцов дивизии потребуются отвага, мужество, воля к победе, способность к самопожертвованию».

В рядах немецко-румынских войск, как признавал командующий группой армий «Южная Украина» генерал И. Фриснер, «начался невероятный хаос». Немецкое командование, пытаясь остановить продвижение Красной Армии в районе Ясс, бросило в контратаки три пехотные и одну танковую дивизии. Но всё было тщетно! Советские войска надвигались неукротимым валом, перемалывая врага. Авиация Черноморского флота наносила удары по румынским и немецким кораблям и базам в Констанце и Сулине. Немецкие и румынские войска понесли большие потери в живой силе и боевой технике, особенно на главной полосе обороны, и начали поспешно отступать. За первые два дня операции были полностью разгромлены 7 румынских и 2 немецких дивизии.

Исход операции, а в какой-то степени и всей войны, был предрешён. Да, это были уже совсем другие красноармейцы, не те, что отступали к Москве в сорок первом под давлением хорошо организованных фашистских сил. Произошла, если можно так выразиться, «перезагрузка войны», когда сила оружия воинов-освободителей стала неоспоримой.

Михаил Фернет.

Фото: https://www.history.gospmr.org

Газета №153 (8024) от 20 августа 2026 г.

Баннерная выставка установлена в самом центре города, у входа в музей, и каждый житель и гость Бендер может ознакомиться с её материалами. Здесь представлены фотографии, газетные публикации августа 1944-го, карты с расстановкой военных сил, наших и противника, линией фронта, снимки и биографии воинов, освобождавших край от врага…

Ясско-Кишинёвская наступательная операция была проведена в период с 20 по 29 августа 1944 года. Она по праву считается одной из самых удачных стратегических операций Великой Отечественной войны и по значимости стоит в одном ряду с такими битвами, как Сталинградская и Курская. Операция вошла в историю как Ясско-Кишинёвские Канны.

Исторический экскурс. Битва при Каннах – крупнейшее сражение Второй Пунической войны, произошедшее между армиями Рима и Карфагена в 216 году до н.э. на юго-востоке Италии. Карфагенский полководец и его войско, заняв небольшую крепость Канны, победили римскую армию, имевшую двойное численное превосходство в живой силе. Эта битва считается образцом полководческого искусства.

О значении Ясско-Кишинёвской операции для всего дальнейшего хода боевых действий на Балканах – на первом баннере выставки. В результате её проведения были разгромлены основные силы группы армий противника «Южная Украина», выведены из войны на стороне Гитлера королевская Румыния и царская Болгария, освобождены Молдавия и Измаильская область Украины, созданы условия для освобождения Югославии и Венгрии…

На нескольких баннерах – доступно и наглядно – о замысле советского командования, обстановке перед началом битвы, соотношении, расстановке сил и средств Ясско-Кишинёвской операции и, наконец, её начале: 20 августа в 7 часов 40 минут мощным артиллерийским ударом была полностью уничтожена первая полоса немецкой обороны. В воздух поднялась штурмовая авиация 3-го Украинского фронта под командованием генерала армии Ф.И. Толбухина. В течение первого дня советские войска прорвали оборону врага и продвинулись вперёд на 10-16 км.

Следующий баннер – и продолжение Ясско-Кишинёвской операции. 21 августа, к исходу второго дня, войска 3-го Украинского фронта изолировали 6-ю немецкую армию от 3-й румынской. Они замкнули кольцо окружения 6-й немецкой армии у села Леушены. Всего же за первые два дня полностью были разгромлены 7 румынских и 2 немецких дивизии.

Переломным моментом битвы стало 22 августа. Экспонаты выставки рассказывают о ходе операции, путях отхода вражеских армий на запад: немецкое командование проглядело возможность окружения своих войск в районе Кишинёва. Ночью моряки Дунайской военной флотилии совместно с десантной группой 46-й армии успешно форсировали Днестровский лиман, освободили Аккерман и начали развивать наступление в юго-западном направлении. Вечером 22 августа Москва салютовала доблестным войскам 2-го и 3-го Украинских фронтов двадцатью артиллерийскими залпами из двухсот двадцати четырёх орудий.

В этот же день в ходе освобождения Бендер в наступление перешли войска 68-го стрелкового корпуса под командованием генерал-майора Н.Н. Шкодуновича. Об этом – на завершающих баннерах выставки. В целом второй и третий дни операции прошли в упорных боях за овладение ключевой позицией вражеской обороны – высотой «150.00» – курганом Суворова юго-восточней Бендер. В результате противник лишился последнего узла сопротивления на данном участке обороны. Взятие высоты позволило сводному отряду 93-й и 223-й стрелковых дивизий под командованием подполковника Емельяна Ермакова утром 23 августа 1944 года войти в город и полностью освободить его от захватчиков. Боясь окружения, ночью гитлеровцы покинули город. Об этом говорят завершающие выставку баннерные экспонаты.

…В этом году приднестровцы отметят 82-ю годовщину Ясско-Кишинёвской операции и освобождения Бендер. Войны правдивые страницы и сегодня живы в памяти поколений. Выставка будет работать до конца месяца.

Муза ГОНЧАРОВА.

Фото Виктора Громова.

Газета №153 (8024) от 20 августа 2026 г.

Уже 7 августа 1941 года фашистские войска заняли Слободзею, а на следующий день – всю территорию района. Карательную политику проводили румынская контрразведка, жандармерия, полиция и военные суды. Были разрушены системы здравоохранения, образования и культуры. Жителям оставили лишь возможность получать начальное образование, да и то исключительно на румынском языке. Православные приходы передали под управление Румынской православной церкви, богослужения также перевели на румынский язык. На территории района действовала сеть концентрационных, пересыльных лагерей и тюрем. Характерно, что в одном из рапортов префекту Тираспольского уезда претор Слободзейского района докладывал об «осуществлении румынизации местных школ».

Особенно трагичной оказалась судьба еврейского населения. До войны в Слободзейском районе проживало немало еврейских семей. Тех, кто не успел эвакуироваться, ожидали гетто, лагеря и массовое уничтожение. Лишь треть узников сумела пережить войну. Несмотря на террор и жестокость оккупационных властей, жители района не смирились с захватчиками. В годы оккупации здесь действовали шесть подпольно-патриотических групп. В молдавской части Слободзеи подполье возглавлял Кирилл Пантелеевич Цуркан, в русской – Никифор Яковлевич Оленюк. Подпольщики распространяли листовки с правдивыми сообщениями о положении на фронте, совершали диверсии, уничтожили нескольких пособников оккупантов, в том числе претора, прославившегося особой жестокостью.

11-12 апреля 1944 года в ходе Одесской наступательной операции воины 3-го Украинского фронта освободили Слободзею и населённые пункты района от немецко-румынских захватчиков. После двух лет и восьми месяцев оккупации на эту землю вновь пришла свобода. Сегодня мы храним память о тех, кто погиб, сражаясь за освобождение родного края, и о мирных жителях, ставших жертвами того времени.

Любовь Великанова.

Фото: https://novostipmr.com/

Газета №144 (8015) от 7 августа 2026 г.

К исходу дня 6 августа 1941 года 95-я стрелковая дивизия отошла с позиций у Григориополя, Колосова и Шипки южнее – на рубеж Полезное – Гроссулово – Плоское – Малаешты – Красная Горка и далее по Днестру до Суклеи. 7 августа в посёлке уже «хозяйничали» фашисты, наводя оккупационные порядки. Григориополь и район были включены ими в состав Дубоссарского уезда, так называемого губернаторства Транснистрия, и теперь находились под управлением оккупационных румынских властей.

С первых дней оккупации посёлок и район охватила волна насилия и террора. Вслед за румынами сюда прибыли бежавшие в предыдущие десятилетия белогвардейцы, националисты, кулаки. Они были опорой оккупационного режима, активно сотрудничали с его карательными структурами, участвовали в выявлении коммунистов, комсомольцев, советского актива. Наряду с карательными мерами и террором, оккупационные власти активно использовали и антисоветскую пропаганду.

Ещё в 20-х числах июля 1941 года, когда немецкие войска предпринимали попытки форсировать Днестр в районе Дубоссар, в Григориопольском районе в срочном порядке были развёрнуты мероприятия по организации будущего подполья. Григориопольский райком КП(б) Молдавии оставил в тылу 29 человек для ведения подпольной и партизанской работы, из которых 16 являлись членами партии. Однако часть подпольщиков была уничтожена или пропала без вести уже в первые месяцы оккупации.

Но это не сломило дух сопротивления. Летом 1942 года в Григориополе начала действовать подпольная партийная организация. Её участники вели агитационно-просветительскую работу среди населения, распространяли листовки, организовывали диверсионные мероприятия и готовились к вооружённому выступлению в случае приближения частей Красной Армии. Весной 1943 года была сформирована и комсомольско-молодёжная группа. Вся история григориопольского подполья – свидетельство организованного сопротивления оккупационному режиму, возникшего в самых тяжёлых условиях.

Завершилась оккупация 12 апреля 1944 года: в ходе Одесской наступательной операции войсками 2-го и 3-го Украинских фронтов несломленный и непокорённый Григориополь был освобождён.

Фото: https://novostipmr.com

Газета №143 (8014) от 6 августа 2026 г.

К началу Великой Отечественной войны Рыбница была одним из наиболее развитых городов Молдавской АССР. Здесь работали промышленные предприятия, электростанция, больница, школы и библиотеки. Уже 23 июня 1941 года город подвергся первым авиаударам, а в начале июля появились первые жертвы среди мирного населения. После оккупации Рыбница вошла в состав губернаторства «Транснистрия», находившегося под управлением румынской администрации. Оккупационные власти установили жёсткий режим. Начались аресты и расстрелы, преследования коммунистов, подпольщиков, советских активистов и мирных жителей. В августе 1941 года в Рыбнице было создано гетто, через которое за годы оккупации прошли около 25 тысяч человек. Заключённых использовали на тяжёлых принудительных работах. Голод, болезни и казни унесли тысячи жизней. По неполным данным, на территории города и района были убиты более пяти тысяч евреев. Разграблению подверглись предприятия, колхозы и имущество жителей. При отступлении оккупанты вывозили промышленное оборудование, сельскохозяйственную технику, скот, демонтировали железнодорожные пути. Одним из самых тяжёлых преступлений стала расправа в Рыбницкой тюрьме в ночь с 19 на 20 марта 1944 года, когда были расстреляны и сожжены 270 советских граждан, военнопленных и румынских антифашистов. Несмотря на террор, многие жители, рискуя собственной жизнью, укрывали евреев и помогали узникам гетто.

30 марта 1944 года Рыбница была освобождена. Город был сильно разрушен: уничтожены предприятия, взорван железнодорожный мост, серьёзно пострадали больница, школы и коммунальное хозяйство. Однако уже в первые послевоенные годы началось восстановление. События тех лет остаются важной частью истории Рыбницы и напоминанием о цене, которую заплатили её жители за освобождение родной земли.

Анна ВЫГОВСКАЯ (по материалам музея Боевой славы).

Фото: https://history.gospmr.org

Газета №142 (8013) от 5 августа 2026 г.

Сразу же после начала оккупации над не успевшими эвакуироваться из Бендер гражданами еврейской национальности и коммунистами начались расправы. Уже в первые месяцы были расстреляны 58 жителей, останки которых эксгумировали после освобождения города. Это зафиксировано в акте бендерской городской комиссии от 12 декабря 1944 года. При вскрытии в четырёх местах расстрельных ям (ров Бендерской крепости, ул. Панина, напротив памятника Русской Славы) были обнаружены тела гражданского населения – 28 женщин, 22 мужчины, 8 детей. Расстрелы мирных граждан проводили румынско-немецкие оккупанты в период с июля по сентябрь 1941 года. При останках сохранились личные документы (советские паспорта и справки), благодаря которым удалось установить личности некоторых расстрелянных: Шахновский Тови Яковлевич (1870), Свердлик Мордка Умарович (1870), Свердлик Рахиль Румивовна (1871), Таксир ШмильЛейб Моисеевич (1880), Транхтерберг Рива Моисеевич (1878), Свириховский Вигдар Лейбович (1894), Янкелевич Мортха Янкелевич… Расстрелы производились огнестрельным оружием, убийство – тяжёлыми предметами (прикладами).

Подлинники и заверенные копии актов городской комиссии о расследовании фашистских злодеяний хранятся в Государственном архиве Российской Федерации. Есть и списки расстрелянных в Бендерах евреев в предместье Кавказ и в районе Балка. Обнаруженные там тела убитых были захоронены в братской могиле на Еврейском кладбище.

С августа 1941 года по германо-румынскому соглашению Хауффе-Тэтарану, подписанному в Бендерах, левобережье Днестра, или «Транснистрия» как губернаторство, переходила в подчинение румынской администрации под руководством Георге Алексяну. Соглашение подписали представители немецкого генерала Артура Хауффе и румынского премьер-министра Иона Антонеску, и оно стало главным документом, определившим судьбу региона в годы войны. Согласно ему, территория между реками Днестр и Южный Буг переходила под административное управление Румынии в качестве компенсации за её участие в войне против Советского Союза. Этот договор закрепил контроль Румынии над землями, которые исторически не входили в состав «Великой Румынии», и это сделало возможным создание на данных территориях концентрационных лагерей и гетто (из Бендер в концлагеря были отправлены 200 евреев).

Тогда же в Бендерах под председательством фашистского диктатора Иона Антонеску прошло выездное заседание совета министров Румынии, где румынское руководство обсуждало вопросы административного устройства захваченных территорий за Днестром, в зоне оккупационного региона. Планировали создание в Бессарабии «образцовой провинции». Для этого предстояло отобрать у её жителей имущество, после чего уничтожить, выселить или депортировать сначала евреев, затем славян. Промышленные и торговые предприятия следовало передать румынам.

Из воспоминаний Марии Костенко, жительницы Бендер, района Шараевки: «В моём доме немцы не квартировали, но в соседнем, бабушки Фени, их поселилось пятнадцать человек, а её с мужем они выселили в сарай. Это были артиллеристы, так как они стали копать ямы прямо в её огороде и маскировать миномёты. В моём саду фруктовые деревья мешали немцам устанавливать миномёты, поэтому они стали спиливать молодые яблони с несозревшим ещё урожаем. Зарыли три миномёта.

Фашисты требовали у меня и у соседей: «Яйца, млеко, шпик». Давали мы им и яйца, и сало, и молоко, только чтобы сами не разбойничали. Но это не помогало. Фашисты шарили в домах и сараях, брали всё, что им понадобится, последнее. Каждый день уносили кур, уток, гусей.

Вскоре, в один из дней, мы увидели идущую по дороге мимо нас в сторону Каушан колонну людей еврейской национальности. Замученные, с детьми, человек двести, не меньше. Не наши, не городские, незнакомые, они медленно шли под конвоем. Дети плакали, видно, что издалека идут. Конвоиры плётками подгоняли стариков, чтоб быстрее двигались. Люди наши, с магалы, несли бегом продукты, кто что мог, давали им, бедным, покушать. Конвоиры разрешали брать еду, но выходить из колонны было нельзя. Вот так мы стояли, смотрели, а они шли мимо нас. А куда и за что?»

15 ноября 1941 года губернатор Бессарабии генерал Константин Войкулеску издал приказ, запрещающий жителям разговаривать в общественных местах на любом языке, кроме румынского. За использование «языка врагов» (в первую очередь имелся в виду русский язык) нарушителям грозило тюремное заключение на срок от одного месяца до двух лет, крупные денежные штрафы и лишение права занимать государственные должности. Согласно приказу №12, подписанному корпусным генералом П. Думитреску и генералом И. Арборе, запрещалось хранение граммофонных и патефонных пластинок, «которые по своему содержанию представляли собой род открытой или скрытой коммунистической пропаганды». Запрещалось также распевать публично песни. Нарушение приказа каралось принудительными работами сроком от 5 до 25 лет.

Из докладной записки управления пропаганды губернаторства Бессарабии от 4 июня 1942 года министерству пропаганды Румынии: «Так как бессарабский крестьянин всегда считал себя молдаванином, а не румыном, то налицо настоятельная необходимость в изменении его образа мышления, румынизации духа, настроения, атмосферы в Бессарабии. И, если крестьянин не выходит на работу кнутом, надо выгонять его пулей».

Свыше трёх лет находились Бендеры, переименованные в Тигину, под оккупационным режимом фашистских захватчиков. В городе свирепствовали карательные органы – сигуранца и жандармерия. Оккупанты действовали в соответствии с требованиями диктатора королевской Румынии Антонеску: «Карать расстрелом за малейшее сопротивление со стороны населения, уничтожать всех подозрительных». Согласно им, оккупационные власти устанавливали слежку за рабочими узловых железнодорожных станций, каковыми являлись и Бендеры. Но город не покорился врагу. С первых дней оккупации в Бендерах начало действовать антифашистское подполье под руководством Николая Калашникова, Михаила Ратушного, Валентина Иванова… Жестокий режим, призванный сломить сопротивление жителей Бендер, привёл к обратному результату.

В течение трёх лет, долгих 1130 дней и ночей длилась немецко-румынская оккупация города, пока Бендеры 23 августа 1944 года не были освобождены в ходе Ясско-Кишинёвской операции.

Обо всём, что было, в Приднестровье будут помнить всегда…

Муза ГОНЧАРОВА.

Фото из фотоальбома «Бендеры советские».

Газета №133 (8004) от 23 июля 2026 г.